витрины. Однако на улице, среди прохожих, он не заметил ничего подозрительного. Ни один человек ни на той, ни на этой стороне не остановился, не стал оглядываться, как бывает, когда теряют вдруг в толпе кого-то. Спирин удовлетворенно усмехнулся и, не вынимая правой руки из кармана, направился в глубь зала.
Через несколько минут сотрудники вновь «приняли» Спирина, но уже у боковой двери магазина, в переулке. Секунду поколебавшись, он медленно вышел опять на улицу Горького и двинулся дальше, к площади Пушкина.
Когда Спирин задержался на углу, пережидая поток машин, ринувшихся в этот момент через площадь со стороны бульвара, Саша Лобанов и его спутница вышли из кондитерского магазина и, перейдя улицу, очутились рядом со Спириным. К ним поодиночке начали подтягиваться и другие сотрудники: приближался решающий момент операции.
Пользуясь минутной остановкой, Воронцов зашел в пустой подъезд соседнего дома и, выпустив из-под пальто короткую антенну, связался с машиной-такси, в это время медленно двигавшейся мимо ресторана «Астория».
Через минуту постовой перекрыл светофор, и поток машин и пешеходов полился через площадь уже со стороны улицы Горького.
Спирин, не торопясь, тоже пересек мостовую и поравнялся со сквером. Всю дорогу он шел, держась не правой, а левой стороны тротуара. Такая уж у него была привычка: он предпочитал встречаться с глазами прохожих, чем видеть их спины и подставлять свою под взгляды идущих сзади.
Вот и сейчас, проходя мимо памятника Пушкину, он держался самого края тротуара, не вынимая правой руки из кармана и по привычке ловя на себе встречные взгляды прохожих.
Внезапно где-то совсем рядом с ним раздался удивленный девичий возглас:
— Смотрите, смотрите! Что это они делают?
Спирин, приостановившись, невольно оглянулся и увидел, как двое парней вскарабкались на постамент памятника и старались положить букетик мимоз к самым ногам бронзового изваяния поэта.
В этот момент серая «Победа» на полном ходу пересекла площадь и затормозила около тротуара, как раз в том месте, где стоял Спирин. Задняя дверца ее мгновенно открылась, и Спирин вдруг почувствовал, как чьи-то крепкие руки схватили его с двух сторон, а правая рука его, вывернутая точным приемом, вылетела из кармана. Секунда — и он, чуть не лишившись чувств от нестерпимой боли в плечах, был втиснут в машину. Взревел на полных оборотах мотор, и «Победа», сорвавшись с места, устремилась вперед на желтый глаз светофора.
Все произошло так быстро, что прохожие, стоявшие рядом со Спириным, могли только заметить, что человеку неожиданно подали машину и он, довольно, правда, неуклюже, влез в нее с помощью двух приятелей. И никто, конечно, не мог подумать, что у этого человека в тот момент буквально трещали кости.
И уж тем более никто из прохожих не мог себе и представить, что в то время среди них находились люди, которые должны были в случае какой-нибудь заминки своей грудью прикрыть их от возможного выстрела, и что среди этих людей была и та самая синеглазая девушка в меховой шубке, которая своим возгласом подала сигнал к началу опасной операции и отвлекла на миг внимание преступника.
Девушку эту звали Нина Афанасьева, и ей только совсем недавно было присвоено звание младшего лейтенанта милиции.
Когда оглушенный Спирин наконец пришел в себя, машина уже подъезжала к узорчатым воротам в узеньком переулке близ Петровки.
А еще через пять минут Гаранин и Коршунов, оба возбужденные и усталые, входили в кабинет Зотова.
— Порядок, Иван Васильевич, — доложил Гаранин. — Спирин взят.
Зотов грузно поднялся из-за стола и молча по очереди обнял обоих. Сейчас даже он не мог скрыть волнения, в котором провел все это утро.
— Он не будет отвечать ни на один вопрос, ручаюсь! — убежденно сказал на следующий день Сергей Гаранину.
— Да, — покачал головой Костя. — Трудно с ним будет. Но в конце концов, конечно, припрем уликами. Все-таки и его следы там были, и машина его, и пуля, которой убит Климашин, из его пистолета.
— Все равно он говорить ничего не будет, — настаивал Сергей. — И Горюнов сейчас не будет. А нам надо кое-что уточнить. Например, почему они с Горюновым скрылись, как раз когда мы начали работу? Точно кто-то их предупредил. Или из-за чего все-таки они убили Климашина, вернее, Спирин убил?
— Ну, хорошо, — с легкой досадой в голосе произнес Костя. — Что ты предлагаешь? Спирин, по-твоему, говорить не будет. Горюнов не будет. Что же делать?
Сергей озабоченно вздохнул.
— Вот я всю ночь и не спал. Все думал: что делать?
— Это ты еще со вчерашнего вечера стал задумываться, — усмехнулся Костя. — Вчера, как от вас ушли, Катя мне по дороге и говорит: «Что это с Сергеем?
