Чёрная невеста

отталкиваясь от косяка и приближаясь ко мне. — Мы можем провести обряд прямо здесь. Заодно твоя новая знакомая кое-чему научится.
  Чем ближе он подходил, тем некомфортнее мне становилось. Возле этого странного мальчишки даже дышать было значительно тяжелее.
  ‘Это его аура и сила давят на тебя. И это при том, что он не открыл и десятой части своей мощи’, — пояснил голос.
  — А что ты готова сделать, чтобы я вернул этого парнишу к жизни? — тихо, но проницательным до дрожи в коленках голосом спросил мальчик, на что я немедленно окрысилась:
  — Тебе-то зачем?
  — Интересно, во сколько ты оцениваешь его жизнь. Он много для тебя значит?
  — Да.
  — Дарк… — попытался влезть в наш разговор Люцифэ, но Равианикиэль шикнул на него, а в следующее мгновение нас окутала необычная серая туманная стена, отрезая от присутствующего в комнате Часовщика. Странный мальчишка тем временем продолжил как ни в чём не бывало:
  — Так значит, он тебе важен. Почему?
  — Он мне жизнь спас.
  — Да, это важный мотив. Но далеко ли ты готова дойти в своей благодарности?
  — Не понимаю, к чему ты клонишь, — нахмурилась я. Этот Равианикиэль с каждым мгновением нравился мне всё меньше и меньше.
  — Что ты готова сделать, если я его спасу?
  — Ты же вроде как договорился с Люцифэ.
  — Люцифэ не может мне дать того, что нужно. К тому же этот мальчишка для него никто, он важен именно для тебя. С тебя и плата.
  — У меня нет денег, но…
  — Меня они не интересуют, — поморщился мальчик. — Готова ли ты выполнить то, что я скажу?
  — Ну-у, — растерялась я от его напора. Похоже, Люцифэ не зря говорил, что нужно быть поосторожнее с этим Равианикиэлем. Прицепился, как репей к одежде, а его вопросы постоянно ставят меня в тупик. К тому же на них просто невозможно отвечать ‘да’ либо ‘нет’.
  — В рамках разумного, — наконец ответила я, когда пауза стала уж слишком затягиваться.
  — А что ты относишь к этим рамкам? — продолжал допытываться мальчик, всё сильнее раздражая меня своей назойливостью, так что я недовольно буркнула:
  — Явно не луну с неба.
  — А что такое луна? — На этот раз, похоже, именно мне удалось поставить мальчишку в тупик, но даже это уже не могло поднять мне настроение. Хотелось побыстрее избавиться от общества этого Равианикиэля и окружающей его атмосферы, поэтому я раздражённо огрызнулась:
  — Ну, светило ваше ночное.
  Мальчик широко распахнул глаза и несколько секунд молчал, пытаясь понять, шучу я или говорю серьёзно. Наконец, он необычайно серьёзно поинтересовался:
  — А зачем мне ночное светило?
  — А я-то откуда знаю? — начала съезжать я на определённо-огрызающийся тон.
  — С тобой интересно разговаривать, — усмехнулся Равианикиэль. — Пойдёшь ко мне в услужение?
  — Обойдёшься!
  — Но ведь это вполне вписывается в твои рамки разумного.
  — Ты мне помогаешь раз, вот и я тебе помогу один раз, но не более! — отрезала я, чувствуя, что ещё пару минут общения, и я врежу по этой кажущейся такой самодовольной роже. Но меня останавливала мысль, что тонкая шея не выдержит такого надругательства, и сломается как спичка. И кто нам тогда помогать будет?
  — Один раз, — несколько разочарованно протянул Равианикиэль, потом с довольным видом щёлкнул пальцами, расплываясь в злой усмешке. — Договорились.
  Не успела я услышать последнего слога, как окружающий нас туман исчез, и ко мне подскочил крайне обеспокоенный Люцифэ.
  — Что ты ему пообещала? Я же предупреждал!
  — Ничего, — бараном глянула я на одногруппника.
  — Я займусь её досрочной инициацией. Это должно быть интересно, — предвосхищающим тоном сообщил мальчик. Часовщик на мгновение окаменел, потом медленно повернулся к нему и тихо переспросил:
  — Ты что сделаешь?
  Равианикиэль оскалился, демонстрируя четыре заостренных клычка.
  — Она сама разрешила!
  — Я разрываю нашу сделку.
  — Поздно.
  — Ты её не тронешь! — с угрозой прошипел Часовщик.
  — Договор заключён, и ты НИЧЕГО не можешь изменить.
  — Постойте, — влезла я в их разговор. — Но я ведь не соглашалась ни на какую…
  — Ты же сама сказала, что я могу воспользоваться тобой один раз. Я просто выбрал, как именно.
  — Равианикиэль, ты не можешь. Она не знает….
  — Закрой рот, а? И давай приступать к работе, пока я не передумал насчёт тебя.
  — Это ты послу… — договорить Часовщик не успел. Его буквально впечатало в стенку, а у меня волосы на теле встали дыбом от ударивших по мне отголосков энергии. Равианикиэль был раздражён, и я это чувствовала буквально каждой клеткой организма. Однако когда