Чёрная невеста

эти знания на протяжении полутора сианов (а остальным ученикам и того больше). В теории мы всех их изучали более чем подробно, в том числе в плане поведения и мировоззрения.
   Вот только почему я должна изображать орка?!? Почему мне не достался, например, полуночный эльф или тот же хорс, на худой конец? А ещё лучше взять тех же нимф или лапифов или онаров — вполне приятные незаморочные личности с достаточным уровнем интеллекта и манерами.
   — Пошли? — предложил Люцифэ. Я невесело поплелась следом за другом, раздумывая над своей невезучестью. Хватило меня на половину пути до библиотеки, после чего я мрачно пожаловалась:
   — Люцифэ, почему я должен изображать именно это жвачное животное поперёк себя шире с повадками уголовника, этого орка? Разве я на него похож?
   — Не похож, — покладисто согласился Часовщик. — Но я думаю, это ещё не худшее из возможного. Мне досталась так вообще непонятная роль. Ты где-нибудь встречал злобствующего дракона?
   Я покраснела и пролепетала, пытаясь оправдаться:
   — Я совершенно не знал, что писать. Вот, первое, что в голову пришло…
   — Но почему именно злобствующий?! Я даже понятия не имею, что это за эмоция такая! Злой понимаю, обозлившийся, недовольный, обиженный на судьбу… но злобствующий — это как может быть?
   Непрестанное бурчание Люцифэ заставило меня задуматься. До этого момента я не относилась к заданию серьёзно, впрочем, как и многие другие. В отличие от Часовщика.
   — Ты и вправду хочешь изобразить дракона?
   — Конечно. Мне и самому интересно, смогу ли я влезть в шкуру дракона. Злобствующего. Это трудная задача. Драконы не та раса, которая выказывает эмоции окружающим.
   — А если бы тебе досталась роль шута, то ты его тоже всерьёз пытался бы изобразить? — с подозрением уточнила я.
   — Без малейшего сомнения. По-моему, ты просто не понимаешь смысла нашего задания. Ты должен не просто выступить на потеху кому-нибудь. Тебе нужно научиться становиться кем-либо другим, менять не только внешность и движения, но, в первую очередь, эмоции и мировоззрение. Нет ничего унизительного, чтобы на время стать шутом или безумцем, пока это тебя не оскорбляет. Если же ты отрицаешь навязанную тебе роль, маску, то обязательно будешь выглядеть неправдоподобно и нелепо, а чувствовать себя ещё хуже. Научись получать удовольствие даже от неприятной тебе работы или хотя бы от осознания, что ты смог её сделать. К тому же я считаю, что маскировка — это очень интересно. А в перспективе ещё и крайне полезно. Нам частенько придётся надевать ту или иную маску, когда мы будем работать в кольце. Как минимум раз в сиан нам будет доставаться задание на территориях самых отдалённых уголков Империй. С помощью этих занятий ты сможешь не только выполнять так называемые «непрямые поручения», но и лучше понимать представителей расы, среди которых тебе придётся жить, быть может, на протяжении долгих лун, скрывая свои истинные эмоции.
   Энтузиазм Люцифэ так и бил через край, что я просто не могла не заразиться его отголосками, а затем постепенно понять и принять позицию Часовщика. Это и вправду оказалось весело. Из Люцифэ получился убойный дракон. Все окружающие поначалу ругались и не понимали, с чего это спокойный уравновешенный Часовщик внезапно превратился в высокомерное, придирчивого, крайне въедливого и непрестанно всем недовольное существо, считающее своё мнение единственно верным. Я потешалась от всей души, глядя на недоумевающих наставников и ребят. Однако после ужина мне самой стало не до смеха: Люцифэ, не снимая маски «злобствующего дракона», добрался до меня.
   — И это всё, на что ты способен? — скучающим тоном поинтересовался Часовщик, доведя меня до состояния полного изнеможения уже через бой совместных тренировок.
   — Я вскоре вновь приду в норму, — тяжело дыша отозвалась я, отворачиваясь, чтобы скрыть застилающие глаза слёзы. Я не ожидала от всегда понимающего Люцифэ такой жесткости и не могла скрыть своей обиды, хоть и пыталась со всех сил.
   — Твой уровень неприемлем. Вставай.
   — Люцифэ, я…
   — Вставай.
   — Послушай, Люцифэ, я серьёзно.
   — Я тоже. Подымайся.
   — Люцифэ, я не могу.
   — Глупый самообман, который мешает тебе двигаться дальше.
   Часовщик заставил меня подняться и продолжить тренировки, но вскоре я не выдержала и разрыдалась. От его завышенных требований, обиды и больно жалящих слов. Я ему доверилась, расслабилась…
   — Зачем ты надо мной издеваешься?
   Люцифэ присел рядом и легонько поцеловал кончики пальцев, но когда заговорил, голос его был холодным и отстранённым.
   — Не я мучаю. Проблема в тебе. Ты просто поставила себе