Продолжение книги «Тёмный феникс». Новый курс в Академии приносит Дарку не только встречи со старыми приятелями, новые знакомства и впечатления, но и забытые воспоминаяния… а также явные изменения в характере героини и её возможностях.
Авторы: Путешественница
лекарь. — Здесь ты ничем не поможешь.
— Но почему?!? — взвыл я. — Почему он везде и всюду такой особенный?! — я всё же не удержался и сорвался на крик, напрочь забыв о манерах и уважении к старшим.
— Потому что его здесь вообще не должно было быть, — на диво спокойно отозвался магистр. — А теперь уходи и не будем больше обсуждать эту тему.
Меня второй раз выставили за дверь. И причина этого мне была абсолютно неясна. Я ведь и вправду самый близкий Дарку феникс во всей Академии, а наставники, похоже, против этого. Но почему? Почему они не хотят, чтобы с тёмным кто-либо сближался? Ведь если подумать, все их усилия могут быть направлены именно на это: отправить тёмного на светлый факультет, выделять его среди сверстников, давать индивидуальную программу — это могло быть сделано для того, чтобы никто не захотел общаться с выскочкой и любимцем наставников. Да и сам Дарк хочет держать нас на расстоянии. В чём причина этого отчуждения?
‘Его здесь вообще не должно было быть’. Что это может значить?
ХХХ
Так тепло и спокойно мне уже давно не было. Будто меня обнимают мамины тёплые руки, а в ушах звучит её голос. Я счастливо улыбнулась и свернулась клубком.
— Кровь, наконец, удалось остановить.
— Да, и отток сил прекратился. Всё-таки мы были правы, предполагая, что эти два явления связаны между собой.
Я невольно поморщилась от резких голосов, звучащих совсем рядом, и потянулась за ускользающим теплом рук и мамиными интонациями. Они накрыли меня, унося следом за собой в радужные сны…
Первое, что я увидела, открыв глаза, был привалившийся к противоположной стене Дар, неотрывно смотрящий на меня. Я удивилась. Такое чувство, будто находится здесь он здесь уже давно.
— Привет, что ты здесь делаешь?
— Сижу, — лаконично отозвался однокурсник, не меняя положения. Только сейчас до меня дошло, что именно мне показалось неправильным: напротив моей кровати в комнате должна быть стоять вторая, а её нет. Оглядевшись, я сообразила, что нахожусь в одной из ‘лекарских’ палат, куда частенько попадала раньше с вывихами и ранами различной степени тяжести.
— А что Я здесь делаю?
— Лежишь, — всё так же лаконично ответил Дар.
— Ты сегодня на редкость информативен, — скривилась я, распрямляясь под одеялом. Тело затекло в неудобном положении.
— А ты такой всегда, — пожал плечами светлый. Какая муха его укусила? Раньше он таким странным не был. Или я что-то пропустила? Нахмурившись, я попыталась вспомнить события, которые могли привести меня к столь плачевному состоянию, что понадобилась помощь магистра Дэривана. К моему удивлению, последние события вспоминались с трудом. В голове смешались клубком образы и события, выдернутые будто из разных жизней. От попыток вспомнить виски пронзила боль, поэтому я решила оставить это на потом. Ведь есть более быстрый способ узнать интересующую меня информацию. Глянув на Дара, я спросила:
— Как я здесь очутился?
— Я принёс, — всё тем же бесцветным тоном известил одногруппник.
— А зачем?
— Потому что ты решил стать первым фениксом-самоубийцей. — Внезапно в его взгляде появилась злость, что подтверждали и зародившиеся нотки в голосе. — Вот скажи, зачем тебе нужно было полосовать себе руки?
— Э-э… — я растерялась. Ничего подобного в моих воспоминаниях не было. Однако, высвободив левую руку из-под одеяла, я убедилась, что Дар и не думал шутить. Но зачем мне понадобилось резать себя? Размотав бинты, я ужаснулась ещё сильнее. Хаотическая мешанина рубцов шла по внутренней стороне руки, пересекая вены. Кошмар какой! Я поспешно отвела взгляд… и вспомнила.
Мне обязательно нужно было забыть, отвлечься. Эти видения сводили меня с ума, ведь в них я вновь не могла ходить. Отчаявшись, я решила нарисовать её, Синди, свою спасительницу. Я пошла на этот шаг лишь потому, чтобы каждый раз по пробуждении видеть её и осознавать себя здоровой. Почему я решила изобразить её с помощью своей крови сама объяснить не могу, но по мере создания портрета мои извечные кошмары отступили. Однако им на смену пришли другие.
Я поёжилась и отрешилась от воспоминаний. Эти сны в прошлом. Во всяком случае, я на это надеюсь.
Одногруппник всё так же неотрывно смотрел на меня, не произнося ни слова. Наконец, я не выдержала:
— Ты что-то хочешь спросить?
— Ты всё равно не ответишь, — криво усмехнулся светлый. — Так что это бесполезное сотрясание воздуха.
— Пока не спросишь — не узнаешь, — пожала я плечами, наспех замотав бинты и пряча руку под одеялом. — Странный ты.
— Не я, а ты. Этот разговор вообще бессмыслен. — Дар встал и направился к двери. — Ты пропустил три
