Чёрная невеста

— Теперь ты его прощаешь? Ведь он имел полное право тебя пороть.
  — Марианна, прекрати, — скривился Рикс.
  — Ну уж нет! Это она должна извиняться, а не ты.
  — Мы оба, если на то пошло, — пробормотал Лорд, однако я непререкаемым тоном заявила:
  — Не вижу, за что я должна извиняться.
  — Я тебя точно тресну, — пригрозил Марианна, но я уже повернулась к Риксу.
  — Всё, что ты сказал, слишком неожиданно. Мне нужно время, чтобы переосмыслить и привыкнуть.
  — Да, конечно.
  Я встала и направилась к двери. Мне слишком многое предстоит обдумать и переоценить. Ох уж этот Рикс! Десятком слов он смог перевернуть всю мою жизнь. Как мне теперь к нему относиться? Однако есть одна вещь, с которой я никогда не смирюсь.
  Резко затормозив, я обернулась.
  — Если ты и вправду мой брат, то не смей больше употреблять наркотики.
  Видя непонимающее выражение лица Рикса, Марианна пояснил:
  — Она говорит о стимуляторах, Рикасард, о том, что я тебе твержу уже не одну луну. — Повернувшись ко мне, Марианна уверил: — Я проконтролирую, чтобы он больше не травился этой токсичной гадостью, но ты, в свою очередь, станешь заменой.
  — Марианна, не говори глупостей. Дарк, не обращай на него внимания. Завтра поговорим.
  — Поговорим, — отозвалась я, — если ты опять не сбежишь.

XXX

  Как они меня хорошо обвели вокруг пальца. Прав был в своё время Арион, утверждая, что хорошо я не закончу своё существование. Когда ребята мне сказали, что курирует Равалонскую практику Див, то во мне вспыхнул яркий костёр надежды. Диванир достаточно ответственен, чтобы точно передасть информацию Ариону, и вдвоём они распутают это дело.
  Однако уже стемнело, а феникс так и не вернулся на базу. До утра же я точно не доживу. Люцифэ, Дар или тот учёный, Гроссер, как он назвался, обязательно позаботятся о подобном исходе. По правде сказать, я даже и подумать не мог, что в стенах Академии может оказаться нечто подобное увиденному. Более того, столкнувшись с учёным из лаборатории на дворе цитадели, я настолько поразился, что, похоже, как-то выказал свои чувства внешне. Люцифэ же и Дар никем иными, кроме как экспериментальными образцами, и быть не могут. Хоть я и не видел, чем занимаются учёные лаборатории, но однозначно могу сказать, что среди известных в Империях рас ничего подобного и близко нет.
  Я с досадой ударил кулаком по стене. Джерова клятва работодателям! Если бы не она, то я мог бы многое поведать про эту демонову лабораторию. А так они уже добрались до Академии, оплота фениксов. И это не может не беспокоить. Судя по специфике ребят, лаборатория копает именно под нашу расу, пытаясь заменить фениксов кем-то более податливым и, быть может, дешёвым.
  Но неужели всё настолько плохо? Если бы точно знать, что в ближайшее время вернётся Див… Ведь как разобраться, можно ли довериться этому Канорену? Какой-то он, на мой взгляд, подозрительный: уж больно в нём много пустого энтузиазма, на поверку часто оказывающегося фальшивым. Не связан ли он также с этой структурой, куда, как подозреваю, входит даже кто-то из Совета Города. Хотя это вряд ли.
  Однако после последних событий меня буквально заедает паранойя, мешая трезво размышлять. Но даже захоти я сейчас рассказать всё, что могу, Канорену, то сильно сомневаюсь, что мне подобное позволят сделать.
  Скорее всего по мою душу придёт именно Люцифэ. И вряд ли я смогу ему хоть что-нибудь противопоставить: никогда ничего подобного не видел. Даже не в состоянии сообразить, из чего состоит субстанция, к которой мальчишка прибёг, чтобы убить каторжников. Он мог бы и со мной разобраться уже там, но, похоже, ему что-то от меня было нужно. Что-то…
  — Заждался?
  Я даже не заметил, как он появился. А эти белесые полупрозрачные отростки вмиг оплели меня, лишая возможности двигаться и даже дышать, не давая ни единого шанса позвать на помощь. Хотя выражение «звать на помощь», когда я и так смертник в глазах окружающих и даже собственных, звучит, по меньшей мере, глупо.
  Дальнейший наш разговор пришлось вести с помощью открытого мыслефона, к которому я, признаться, ни разу до этого не прибегал. Зачем, если можно воспользоваться закрытыми каналами, чтобы ничьи лишние уши не стали нежелательными свидетелями разговора? Это ведь всё равно, что говорить вслух, но только затрачивая большие усилия и жёстче контролируя мысли.
  — Мы не договорили в прошлый раз. Но ничего, мне много не нужно. Всего лишь имена руководителей. Быть не может, чтобы ты ни о ком из них не знал.
  — Неужели ты настолько глуп, будто считаешь, что даже знай я их, то смог бы выдать?
  — Ну-у, с Гроссером, похоже, ты знаком не понаслышке.