Чёрная невеста

я до сих пор не до конца верю, что подобное в принципе возможно: полностью избавить от страха. Но пока поводов сомневаться в даре Божественной я не вижу.
  — Очень интересно. А почему она не вернулась, передав, как ты утверждаешь, ‘свой дар’?
  — Сказала, что это бессмысленно. Она не доберётся обратно. Слишком далеко.
  — Но и оставаться в стенах Академии она не может. Ты знаешь, что твоя Божественная тянула из тебя силы?
  — Нет, я этого не замечала. Зато она интересный собеседник.
  — Она могла тебя полностью иссушить, как Брилана, а тебе, в отличие от других учеников, невозможно дать внешнюю подпитку. То есть она могла попросту убить тебя. А ты — ‘интересный собеседник’! — поморщился Варан от наивности Дарка.
  — Я не испытывала никакого дискомфорта при общении с ней, никакой слабости или ещё каких признаков. Думаю, Божественная, уведомила бы меня, угрожай мне какая опасность с её стороны. Для неё ведь тоже невыгодно, чтобы я умерла. А ещё она помогает мне с уроками. К тому же она вроде как живая и всё прекрасно чувствует и понимает. Думаю, ей было бы неприятно, если бы её уничтожили. — Дэриван закашлялся, Минорен тоже хмыкнул. Это ж надо так сказать: ‘Ей было бы неприятно, если бы её уничтожили’! Полагаю, да. Кому ж это понравится? Но Дарк проигнорировала реакцию наставников и продолжила, как ни в чём не бывало: — А ещё я считаю её своим личным ангелом-хранителем и прошу не делать ей ничего плохого.
  — Кем-кем? — переспросил Минорен. Ангелом-хранителем? Насколько я знаю из книг, ангелы не те существа, чтобы охранять кого-либо. Но что мы о них знаем? Те же легенды и древние упоминания, что и на планете Дарка про одушевлённые предметы. Могут ли они похвастаться полной достоверностью?
  — Считается, что у каждого человека есть свой ангел-хранитель, оберегающий его на протяжении жизни. Я верю, что нашла своего. Во всяком случае, — хмыкнула Дарк, — от кошмаров Божественная оберегает прекрасно.
  — То есть в твоей комнате тебе больше ничего не снится? — уточнил я, не выдержав, хоть и обещал себе, что не буду встревать в разговор.
  — Ни разу с того момента, как она появилась. — Дарк наконец распрямилась и села в кресле ровно, потом умоляюще попросила: — Пожалуйста, не трогайте её. Её можно скрыть от других. Божественная — единственное существо в Академии, которое связывает меня с моим домом. К тому же я могу с ней общаться начистоту.
  — А с нами не можешь? Ты ведь знаешь, что мы всегда готовы выслушать и дать совет, — заговорил Варан.
  — Как сказал как-то Дар: ‘Как я могу тебе доверять, если ты мне не доверяешь?’ — в её голосе проскользнула горечь. Сколько уже судьба била эту девочку? А мы ещё добавляем ей страданий. Но когда узнают, что в Академии учится девчонка… Будет огромный скандал. Скорее всего придётся её исключать. Куда она пойдёт потом? Одна, без средств к существованию, ещё и с пожизненным долгом за время обучения в Академии.
  — Хорошо, мы оставим пока твою Божественную, — решил, после краткого молчания Варан, но тут же предупредил: — Однако конфликт со старшими будешь улаживать сама. И чтобы больше без эксцессов.
  — Со старшими разберусь, не беспокойтесь, — в голосе Дарка появилось предвкушение.
  — И ещё. Это просто моё предвзятое мнение… — Варан запнулся и уже тише продолжил, — будь осторожнее с Канореном и держись подальше от Гроссера. Мы им не говорили о том, что ты девочка.
  — Почему?
  — Нельзя сразу же доверяться пришлым.
  — Гроссер нормальный, вменяемый наставник, просто он повёрнут на своих зельях, — попыталась защитить сарса девочка. Варан хмыкнул и передразнил:
  — А Канорен нормальный, вменяемый, просто молодой ещё феникс и потому, наверно, несколько вспыльчивый. Возникает вопрос: и как их только в Академию направили? В общем, это дело мы замнём, ученики лишнего болтать не будут. Ты тоже не распространяйся, где пропадала эти два дня. И последнее: я искренне надеюсь, что в ближайшую луну я о тебе ничего не услышу.
  — Поверьте, я тоже об этом мечтаю, — уверил девочка.
  — Можешь идти.
  — Как скажете.
  Она вскочила на ноги и исчезла. Позёрша. Прикрыв глаза, я удостоверился, что девочка покинула комнату, потом глянул в сторону Варана. Страж Академии откинулся на спинку кресла и над чем-то размышлял. Остальные тихо вышли. Не сомневаюсь, что каждый из них уже составил собственное мнение, которым Варан не примнёт попросить поделиться. Наконец, он заговорил:
  — Хотелось бы о многом расспросить этого странного ребёнка.
  — Да, — эхом отозвался я.
  — Но, знаешь, я просто не решился, почувствовав под конец, что она начинает испытывать нетерпение и тяготиться этим разговором.