Чёрная невеста

делать будешь?’
  Учиться думать самостоятельно. И поверь мне, прекрасно справлюсь с этой задачей, — с толикой обиды отозвалась я. Чего он постоянно намекает, что я недалёкая и неспособна сама ничего сделать?
  ‘Да? А почему тогда каждый раз, когда я тебя на время оставляю, ты умудряешься куда-нибудь вляпаться?’ — с сарказмом спросил голос.
  Я и с тобой это успешно делаю! — огрызнулась я, разобиженная вконец.
  ‘Да потому, что ты меня не слушаешь!’ — возопила шиза.
  Учусь думать самостоятельно. Сам ведь мне об этом день и ночь долбишь!
  ‘Ладно, всё. Успокойся, и оставим эту тему. Всё равно ни к чему толковому не придём’.
  Несмотря на ссору с внутренним голосом и утреннее происшествие, день прошёл не так уж и плохо. Бельвеор сделал вид, что он не заметил, когда я появилась, Бэтхэр не слишком издевался над нами. Во всяком случае, на предоставленный нашему рассмотрению труп можно было смотреть без содрогания. С Гроссером мы опять проспорили половину занятия, после чего условились встретиться завтра перед ужином и немного поэкспериментировать.
  А ещё ребята пригласили отметить моё выздоровление. Сначала я намеревалась отказаться, ведь совершенно потеряла форму, полтора месяца валяясь в постели, но потом всё же решила пойти. Потренируюсь сегодня поменьше. Всё равно мне сейчас большие нагрузки не потянуть. А по одногруппникам я даже немного соскучилась, да и нормального общения в последнее время мне катастрофически не хватало. Дэриван не слишком разговорчивый, особенно, когда устаёт, а шиза общается только, когда ему самому этого хочется. Так что его даже собеседником назвать нельзя.
  Вечер удался на славу. Собралась наша команда с практики и ещё пара ребят. Все пели по-очереди, пили нечто, по вкусу напоминающее приторный компот, шутили и играли в какую-то странную, замысловатую игру, правил которой я так и не поняла. Но всё равно было интересно наблюдать. Даже Дар вёл себя почти нормально.
  Когда мне дали гитару, я долго думала, что же спеть. Такое, чтобы оно отражало моё внутреннее состояние, да ещё и мелодия была не сложной. Наконец, нужная песня пришла сама. Я ударила по струнам и начала отбивать такт прямо на верхней деке инструмента.

  ‘Не кричи, мой милый, вслед мне не кричи.
  Не кричи, не думай обо мне…’ (Лена Николаева ‘Капкан’)

  Когда я запела про палачей, голос недовольно фыркнул: ему досталась роль дурака. А на большее он и не тянет.
  ‘Да я в тысячу раз умнее тебя!’ — оскорбилась шиза.
  Без сомнения, — уверила я и ехидно добавила: — Но всё равно дурак!
  ‘Это ещё почему?’
  Иначе бы давно бросил, — беззаботно пояснила я. Почему-то даже злость внутреннего голоса показалась смешной. — А ты всё возишься.
  Голос не отозвался. Похоже, шутку он не оценил.
  Потренироваться в этот день так и не удалось, ведь разбрелись мы… только когда нас разогнал взбешенный Арион. Он что-то там ещё возмущённо вопил, что у Варана на факультете нет никакой дисциплины и что он нами лично займётся. Я с удивлением отметила, что ‘компот’ оказался не таким уж невинным, каким прикидывался изначально: до моей комнаты Дар меня практически нёс на себе. Как я снимала защиту с двери, чтобы он мог войти, я не припомню, даже пообещай мне Арион зачёт на экзамене автоматом.
  А на следующий день Варан вызвал нас всех на ковёр и устроил головомойку. В качестве наказания мы были отправлены в помощь Дэривану на две недели, после чего я окончательно зареклась пить запрещённые в Академии напитки и гулять до середины комендантского часа.
  А ещё я каким-то образом настроила дверь на Дара. Теперь светлый — единственный во всей Академии, кроме меня — может беспрепятственно входить в мою комнату. Сначала я хотела убрать данную возможность, но времени катастрофически не хватало, да и желания особого не было возиться.
  Вскоре распорядок дня пришёл в норму, а усиленные тренировки, под руководством голоса начали приносить свои плоды. Я уже почти достигла уровня до периода своей травмы. Правда, с тяжёлыми браслетами сейчас я занималась весьма ограничено, зато лёгкие почти не снимала. Исключением стали практические занятия.
  Иногда мы устраивали спарринги с Даром. Светлый добился поразительных результатов за столь короткий период, но и я не собиралась сдаваться. Моя скорость всё равно выше, чем у одногруппника, да и реакция у него иногда запаздывает. Ещё посмотрим, кто будет первым на экзамене.
  Дар в последнее время исправился. Мы, конечно, редко виделись вне занятий, но одногруппник больше не грубил ребятам, не навязывался мне, а после поздних тренировок я иногда находила на тумбочке очередную вуагу.