Что делать, если привычная жизнь вдруг раскололась на куски? Если ты сама вдруг изменилась, стала не такой, как все? Если оказалось, что ты – лишь приёмыш, а те, кого всю свою недолгую жизнь считала родителями, теперь готовы сдать тебя учёным на опыты? Остаётся только бежать, спасаться, прятаться.
Авторы: Чекменёва Оксана
и Пирса, мы оставили в вертолёте – пускай сами забирают.
Я вызвалась заняться вещами Мелкого. Гейб пошёл в свой кабинет, чтобы хоть немного поработать, а Томас исчез в своей комнате, прихватив новые игры. И вскоре оттуда раздались звуки стрельбы и взрывов. Закончив раскладывать одежду, свою и малыша, я задумалась, чем бы мне заняться?
Очень хотелось присоединиться к Гейбу, но я понимала, что ему нужно заниматься делами. Он и так почти весь день потратил на нас с Вэнди, да и до этого почти всё время был рядом. Я не хотела, чтобы из-за меня у него начались проблемы. Возможно, немного позже, я смогу чем-то ему помогать, чтобы у него освободилось побольше времени. А пока – достаточно того, что он здесь, рядом, я могу слышать его дыхание, даже находясь от него в нескольких десятках метров. Он у меня есть – это главное. И поэтому я решила пока проверить свою электронную почту – нет ли нового задания от издательства.
Мне не хотелось сидеть в своей комнате, и я спустилась с ноутбуком в гостиную. Но только открыла почту, как на улице послышался рёв мотоцикла. Не помню, чтобы я встречала здесь, в долине, мотоциклистов. Я, конечно, далеко не всё тут знаю, но здесь вообще почти не было транспорта. Только несколько машин, которыми пользовались те, кому зачем-либо нужно было выехать из Долины. Внутри посёлка все передвигались пешком, я слышала, что у детей были велосипеды, ну а взрослые и так передвигались быстрее любой машины. Поэтому мне стало любопытно, кто же это катается по Долине на мотоцикле, и я выглянула в окно.
Чёрно-красный гоночный мотоцикл подлетел к крыльцу, сделал вираж, резко затормозил и остановился. С него спрыгнул парень в чёрной кожаной косухе и таких же брюках. Перепрыгивая через две ступеньки и на ходу снимая шлем, он взлетел на крыльцо и забежал в дом с криком:
– Гейб, я дома!
Я вышла из гостиной в холл, с любопытством разглядывая его. Это был высокий широкоплечий парень, на вид немного постарше меня, с тёмно-каштановыми кудрями и серо-зелёными глазами. Очередной красавчик-оборотень, сходство с остальными членами семьи не оставляло в этом никакого сомнения. Увидев меня, он с любопытством прищурился, а потом направился прямо ко мне, на ходу пристроив шлем на один из столиков.
– И кто же это у нас тут такой? Ты откуда взялась, куколка?
Не дожидаясь ответа, он подошёл ко мне практически вплотную, обхватил моё лицо руками и чмокнул меня прямо в губы. В первую секунду я растерялась, поскольку просто не ожидала такого поступка от совершенно незнакомого парня. Возможно, он не ставил своей целью меня оскорбить или соблазнить, может, для него это был простой жест дружелюбия? А может, он просто привык так приветствовать девушек, которые, видимо, были безумно рады получить поцелуй от такого красавчика? Не знаю. Но когда я ощутила на губах чужие губы, в то время как единственный, кто имел право на них – это Гейб, я просто взбеленилась. И поступила инстинктивно, не думая – я оттолкнула парня. И лишь когда он отлетел от меня, я поняла свою ошибку: парнишка был совсем молодым, а значит – непереродившимся, смертным. Но было уже поздно – пролетев весь холл, он врезался в небольшой антикварный столик, стоящий у стены, разбил его, упал на пол и затих.
– Чёрт! – раздался с лестничной площадки второго этажа голос Томаса. – Похоже, ты убила Кристиана.
– Чёрт! – раздался с лестничной площадки второго этажа голос Томаса. – Похоже, ты убила Кристиана.
В следующую секунду я уже была возле парня, убирая с него обломки столика и пытаясь оценить тяжесть нанесённого ему ущерба. Пульс ровный, дыхание тоже. Крови вроде не видно, но это ещё ничего не значит.
– Томас, он жив. Звони Джеффри.
Опустившись на колени, я стала осторожно ощупывать Кристиана, стараясь обнаружить повреждения, не потревожив его. Я знала, что в подобных случаях лучше не шевелить пострадавшего, можно сделать только хуже. Вдруг у него повреждён позвоночник? Тогда любое неловкое движение может его убить или парализовать.
– Что здесь произошло? – раздался над моим плечом голос Гейба. Он опустился рядом со мной на колени и наблюдал, как я осторожно ощупываю конечности его брата.
– Прости, Гейб! – покаянно воскликнула я. – Это я во всем виновата!
– Очень в этом сомневаюсь, – пробормотал он.
– Я не рассчитала силу, когда оттолкнула его. Не сообразила, что он ещё ребёнок!
– Ребёнок? – Гейб искоса бросил на меня трудноопределимый взгляд. – Интересный выбор слова. Кристиан на сорок лет старше тебя, ты в курсе?
– Возраст – это всего лишь число! – повторила я слова Стивена. – Я бессмертная и сильная, значит,
