Что делать, если привычная жизнь вдруг раскололась на куски? Если ты сама вдруг изменилась, стала не такой, как все? Если оказалось, что ты – лишь приёмыш, а те, кого всю свою недолгую жизнь считала родителями, теперь готовы сдать тебя учёным на опыты? Остаётся только бежать, спасаться, прятаться.
Авторы: Чекменёва Оксана
шерстью, но и плавно переместились с боков головы на макушку. Потрясающе!
И как только я это подумала, огромная задняя лапа зверя, лежащего теперь подо мной, ударила меня в спину, заставив совершить кульбит в воздухе и отлететь на несколько метров, обливаясь кровью. Я вздрогнула, вспомнив ту боль, а Гейб рядом со мной глухо застонал и уткнулся лицом в ладони.
– Я не могу на это смотреть!
– Может, выключим? – предложила я, надеясь, всё же, что он откажется. Моё перерождение было совсем близко, я должна была это увидеть, просто должна.
– Нет. Я в порядке. Я понимаю, что всё это уже позади, но мне всё равно не по себе.
– Будет ещё два удара, приготовься.
Гейб пережил их молча, но стиснутые кулаки и желваки, играющие на скулах, говорили о том, что далось ему это зрелище совсем не просто. А ведь ему ещё предстоит увидеть, как Томас получает смертельный удар.
Вот Линда, не торопясь, подходит к безжизненно лежащему на земле Лаки. Вот, повернувшись спиной к камере, она вальяжно заносит над ним лапу, глядя на меня, лежащую на заднем плане, привалившись к остаткам сломанного дерева. Вот, заслоняя обзор, мелькает обтянутая синей футболкой спина мальчика, а экран начинает раскачиваться вместе с веткой, которую он потревожил, спрыгивая с дерева. Вот, на всё ещё не до конца остановившемся экране можно увидеть, как Томас изо всех сил пытается вытянуть слишком тяжёлого для него пса из-под лапы пантеры. И в тот момент, когда ему удаётся рывком сдвинуть Лаки с места, его кеды скользят по хвое, он теряет равновесие, падает на спину, по инерции проезжает с полметра и буквально подкатывается под лапу Линды. Огромные когти опускаются на бедро ребёнка, раздирая его. Льётся кровь.
Замедленное воспроизведение показало нам все подробности трагедии. Мы смотрели на всё это, не в силах помешать, предотвратить. Я чувствовала себя такой же беспомощной, как и тогда, в лесу, и это было ужасно.
В этот момент я услышала с экрана дикий рык и быстро перевела взгляд с Томаса на себя. И, ахнув, ударила по кнопке «пауза». На застывшей картинке замерло в прыжке настоящее чудовище. Я в ужасе смотрела на оскаленный, демонстрирующий длиннющие клыки, рот, который, скорее, заслужил название «пасть», на, ставшие просто огромными, остроконечные уши, на длинные чёрные когти на скрюченных пальцах рук и ног. За спиной раскинулись огромные чёрные кожистые крылья, как у летучей мыши. Вот тебе и ангел… Скорее уж демон, чудовищное порождение кошмарного сна.
И это была я!
Заскулив от осознания того, кем я стала, я подорвалась с кресла, на котором сидела, и, выбежав из кабинета, куда-то помчалась. Гейб кричал мне что-то вслед, но я не слушала. Я – монстр, я – чудовище, и я увидела это своими глазами. И что мне теперь делать? Неудивительно, что на меня так странно смотрели – я бы тоже косилась на монстра, разгуливающего по улице.
Через какое-то время я поняла, что оказалась на чердаке, и бежать больше некуда. Ну, выход был всегда – я могла выпрыгнуть в окно или просто проломить крышу, но какой в этом смысл? Куда я денусь? И я не хотела убегать от Гейба, я хотела убежать от себя, а это невозможно. Свернувшись в клубочек, я забилась в угол и уткнулась лбом в колени, безуспешно пытаясь стереть из мозга полуразмытую картинку с экрана.
Но, в следующее же мгновение, я была вынута из своего убежища и усажена на какую-то мебель, которой было полно на чердаке.
– Может, объяснишь, с чего тебе вдруг вздумалось поиграть в прятки? – раздался надо мною голос Гейба.
Неужели ему не противно ко мне прикасаться, после того, что он увидел? Или он просто не до конца это всё осознал.
– Я – чудовище! – глухо буркнула я, продолжая сидеть в той же позе.
– Что? – в голосе Гейба явно слышалось недоумение.
– То! Ты это тоже видел, не притворяйся! И ты ждал этого, я поняла.
– Чего именно я ждал, объясни, пожалуйста? – голос его вдруг стал убийственно спокоен.
Значит, ему нужно услышать от меня всё открытым текстом? Ладно, я скажу. Всё равно ведь мои вчерашние предположения подтвердились!
– Ты подозревал, что я могу стать… такой! Ужасной. Чудовищной. Ты поэтому и выжидал. – Я подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза. – И именно поэтому ты и не хотел заниматься со мной любовью!
Какое-то время Гейб ошарашенно смотрел на меня, после чего потряс головой и с силой провёл ладонью по лицу.
– Так вот что ты обо мне думаешь… – он вдруг резко выпрямился, словно приняв какое-то решение, а в следующую секунду я уже лежала животом на его плече.
– Что ты делаешь?! – в шоке воскликнула я.
– Доказываю тебе, насколько ты ошибаешься, – спускаясь по ступеням, деловито пробормотал он. – И раз уж слов ты не понимаешь… Ладно, ты уже
