Что делать, если привычная жизнь вдруг раскололась на куски? Если ты сама вдруг изменилась, стала не такой, как все? Если оказалось, что ты – лишь приёмыш, а те, кого всю свою недолгую жизнь считала родителями, теперь готовы сдать тебя учёным на опыты? Остаётся только бежать, спасаться, прятаться.
Авторы: Чекменёва Оксана
не похожа на остальных.
Узкое лицо, светлая, с лёгкой россыпью веснушек кожа, светлые же, под цвет волос, брови и ресницы, – не накрашенные, мимолётно отметила я, – а зеленовато-карие глаза были полны слез и, не отрываясь, пристально смотрели на меня.
В этот момент мужчина, держащий женщину на руках, опустил её на землю и оберегающим жестом приобнял за плечи. Мне пришло в голову, что мы с Гейбом стоим в точно такой же позе. Стоящие чуть впереди расступились, позволив этой паре подойти к нам.
– Ну, здравствуй, Рэнди, – хриплым от волнения голосом произнёс мужчина, и я тут же поняла, кто он такой.
– Энди? – при звуках его голоса малыш тут же завертел головой, увидел меня и, спрыгнув с рук парня, кинулся ко мне с радостным воплем: – Энди!
– Джереми? – ахнула я. Вот так сюрприз! Подхватив лёгонького и такого горячего мальчонку на руки, я осторожно обняла его. – Привет, Реми!
Потом улыбнулась тому, кто помог мне спасти жизнь Томасу.
– Здравствуй, Коул. Рада наконец-то увидеть тебя живьём.
– Мы тоже очень рады видеть тебя… живой, – сглотнув перед тем, как произнести последнее слово, ответил мне Голос. Я не совсем поняла его фразу, меня удивил выбор слова, но я решила не заморачиваться. И в этот момент женщина сделала шаг вперёд и прикоснулась ладонью к моей щеке.
– Доченька…
Я ахнула и отшатнулась, крепче прижавшись к Гейбу. Мне была необходима его поддержка.
– Почему! – выкрикнула я, чувствуя, как из моих глаз брызнули злые слезы. Рука Гейба тут же крепче прижала меня к себе. – Почему вы отказались от меня? Неужели я настолько была вам не нужна?
Женщина прижала руку к губам, стоящие в её глазах слезы потекли по щекам. Коул тут же прижал её к себе, ласково гладя по волосам и нашёптывая что-то успокаивающее. Потом поднял голову, печально посмотрел на меня и произнёс:
– Не говори так, Рэнди. Мы никогда не отказывались от тебя. Тебя у нас украли!
Украли? Он сказал – украли? Нет, всё равно не сходится! Если меня украли – почему меня никто не искал?
– Мне известна другая версия, – выдавила я сквозь зубы. – Украденных детей ищут. Брошенных – нет.
– Думаю, Коул, тебе стоит рассказать по порядку всё, что нам удалось выяснить, – забирая у меня из рук Джереми, сказал рыжий. – Иди-ка сюда, малыш, твоей сестрёнке сейчас будет немножко не до тебя. Давай дадим ей время прийти в себя. А мы с тобой пока познакомимся вон с той собачкой.
– Его зовут Лаки! – воскликнул Джереми.
Обернувшись, я увидела пса, с любопытством глядящего на гостей из распахнутых дверей дома. В этом доме входные двери вообще практически никогда не закрывались, как, впрочем, и почти все окна. Оборотни любили свежий воздух и, к тому же, не мёрзли.
– Пёс ведь не опасен? – уточнил у меня рыжий.
– Нет, – машинально ответила я, хотя мысли мои были далеко. – Лаки любит детей.
– И ещё он любит, когда ему чешут за ухом, – Джереми тянул рыжего за собой к псу, который, радостно виляя хвостом, выбежал к ним навстречу и с восторгом принял вышеназванную ласку, не забывая облизывать мальчику всё, до чего мог дотянуться.
– Думаю, нам стоит пройти в дом и там побеседовать, – предложил Гейб.
Все дружно закивали и потянулись к входной двери, как мне кажется, радуясь возможности сгладить неловкую ситуацию хоть каким-то действием.
Видя, как Гейб направился было в сторону гостиной, я вспомнила про законы гостеприимства и спросила:
– Кто-нибудь хочет есть?
– Пока нет, – покачал головой Коул.
– Говори за себя, пап! – возразил ему старший из парней.
– Вообще-то мы ещё не завтракали, – подхватил один из близнецов.
– И не отказались бы слегка перекусить, – продолжил другой, напомнив мне манеру изъясняться малышек. Интересно, все близнецы продолжают фразы друг друга?
– Если вы действительно мои родственники, то я представляю себе размер этого «слегка», – бормотала я, направляясь в сторону кухни. – Нам сюда.
За спиной я услышала сдавленные смешки и звук шагов. Судя по всему, за мной шли не только парни.
Зайдя на кухню, я стала шарить в кладовке и холодильнике, стаскивая на рабочий стол всё, что могло понадобиться для приготовления обильного завтрака. Хорошо, что можно было сосредоточиться на чём-то привычном, занять глаза, руки и, главное, мозг. И немного продышаться от неожиданной встречи с родителями, которые утверждали, что вовсе не бросали меня, хотя последние десять лет я была уверена в обратном.
Мне хотелось поскорее узнать, что же произошло на самом деле, но в то же время – было слишком страшно. Страшно узнать, что всё, во что я верила, на
