Что делать, если привычная жизнь вдруг раскололась на куски? Если ты сама вдруг изменилась, стала не такой, как все? Если оказалось, что ты – лишь приёмыш, а те, кого всю свою недолгую жизнь считала родителями, теперь готовы сдать тебя учёным на опыты? Остаётся только бежать, спасаться, прятаться.
Авторы: Чекменёва Оксана
часов, вряд ли будет нужда сменить одежду, даже если мы сильно перепачкаемся. И, опять же, мне-то взять, во что переодеться, никто не предложил.
– На случай спонтанного обращения, – ответил мне Стивен, стоявший рядом и гладивший по головке прижавшуюся к нему Вэнди.
– Мало ли что произойдёт? – подхватил другой оборотень, мне незнакомый. – Не хотелось бы потом добираться до дома голышом.
– Если вдруг придётся обратиться внезапно – может не быть времени для того, чтобы раздеться, – пояснил мне Гейб. – В этом случае и одежда, и обувь, просто разлетится на клочки.
Я вспомнила габариты Гейба-пантеры. Да, у одежды шансов не будет.
– Были прецеденты?
– Были, и не раз. Так что опыт советует нам не пренебрегать запасной одеждой.
– Хорошо, что я пока не обращаюсь, – пробормотала я себе под нос. Не хотелось бы светиться голышом перед такой толпой мужчин.
– Я бы дал тебе свою футболку, – надевая рюкзак шепнул мне Гейб, и я поняла, что он расслышал мою фразу. Впрочем, чему тут удивляться? – Она бы тебе за платье сошла, ты же кроха совсем.
В этот момент ко мне подошла Вэнди и попыталась обнять за талию поверх бронежилета. Но у неё это не особо получилось. Я опустилась на одно колено, и малышка кинулась мне на шею.
– Найди мою маму, Рэнди! – жарко зашептала она мне в ухо.
– Я постараюсь, – честно ответила я. Не хотелось зря обнадёживать девочку, но я сделаю всё возможное. Даже если мы не найдём там её маму, всё равно отыщем что-то, что поможет нам её найти. По крайней мере, я на это очень надеюсь.
После этого мы распрощались с остальными. Алана обняла меня и поцеловала в лоб, Томас «дал пять» мне и Гейбу. Выйдя из дома, я увидела, что на улице собралась целая толпа, чтобы проводить нас. Под нестройные, но очень искренние пожелания удачи, мы колонной по двое побежали тем самым путём через гору, которым Гейб принёс меня в посёлок. Я держалась рядом с ним, и не только потому, что пообещала, но и потому, что сама этого хотела.
По своему предыдущему опыту, я знала, что передвижение даже с огромной скоростью совершенно не помешает нам разговаривать. А у меня осталось ещё много вопросов. К тому же, нам придётся потратить на дорогу несколько часов, а разговор скрасит это время.
Я дождалась, пока мы спустимся с противоположной, крутой и скалистой стороны холма, по которой я прыгала след в след за Гейбом, а потом, после того, как мы миновали поваленное дерево, спросила совсем не то, что собиралась.
– Разве Филипп не отодвигал сосну? Она лежит точно так же, как прежде, как же он проехал по дороге?
– А он и не проехал. Он просто перенёс твою машину через препятствие, вот и всё.
Ну, конечно, как же я сразу не догадалась! Интересно, сколько раз я буду вот так вот задавать глупые вопросы, ответы на которые вполне очевидны. Ладно, спрошу лучше то, о чём знать просто не могу.
– Гейб, а почему именно ты растишь детей своего отца? Почему не он сам?
Гейб взял меня за руку, и какое-то время мы просто молча бежали рядом. Остальные оборотни растянулись цепочкой, которая слегка извивалась, огибая вековые сосны, но при этом держа точное направление. Возможно, у того, кто бежал впереди – я пока не знала его имени, – был компас, или GPS-навигатор, а может, он ориентировался по звёздам или по магнитному полю Земли, я не знаю. В любом случае, у нас был ведущий, и думать о том, куда именно нужно бежать, мне было не нужно. В принципе, я ведь указала на карте место, где встретила Вэнди, вот туда-то мы и направлялись. Моя миссия проводника начнётся ещё не скоро.
Мне уже стало казаться, что Гейб не расслышал мой вопрос, что вряд ли, или просто не хочет на него отвечать, но через пару минут он глубоко вздохнул и начал очередной рассказ.
– Потому что мой отец – эгоист, каких поискать. Всё его детство, которое, как ты понимаешь, было очень долгим, его баловали, холили и лелеяли.
– Родители, видимо, очень его любили?
– Своих родителей он вообще не знал. Мать его умерла при родах, а вот кто отец – загадка. Всё, что его мать говорила о своём соблазнителе, это то, что он был «царь леса», как она его называла. Она встретила его, собирая в лесу ягоды. Соблазнив её, он больше не появлялся. И ребёнком своим не интересовался. В итоге мой отец стал сиротой, едва родившись. К счастью, его взял на воспитание дальний бездетный родственник. Очень богатый по тем временам. Он и его жена просто обожали приёмного сына – малыш был невероятно красив и обаятелен, он очаровывал любого, кто оказывался рядом. Даже его холодная кожа их не смущала. И то, что он рос намного медленнее обычных детей – тоже. Он же был особенным, сыном «царя леса».
