Есть люди, которым везёт, есть те, кому везёт совсем не всегда. Герою этого рассказа повезло оказаться в другом мире, где живут люди, пересёлённые туда с нашей Земли неким Орденом. Тот мир загадочен, красив, но достаточно суров, там много диких животных и самых разных людей, хороших и не очень. Герою постоянно везёт, но везёт ему попадать в самые разные приключения, выйти из которых живым совсем не просто. Будет много стрельбы, много разного оружия, но не сразу. Попробуйте вжиться в тот загадочный мир, что «по ту сторону ленточки», узнать его людей, почувствать себя одним из них.
Авторы: Абвов Алексей Сергеевич
в пенале вообще показалось чем-то нереальным. Ибо колье, а это было именно оно, выглядело живым. Переплетённые стебли и листья виноградной лозы, по которым, к свисающей грозди спускались две небольшие ящерицы. Внешне совсем небольшая вещица, но как она приковывает к себе взгляд, какой оптический эффект создают многочисленные мелкие бриллианты и более крупные, из которых сделана виноградная гроздь. За ювелирной безделушкой, какими я их всегда раньше считал, справедливо признавая, что женщинам они нравятся и в этом их единственная польза, скрывался сложный инженерный расчет и тщательное исполнение исходного замысла. А за этим самым расчетом должен быть замысел великого художника. Это же надо не просто придумать, а увидеть, как оно в целом должно выглядеть, когда ещё совсем ничего нет. Увидеть эту красоту, чтобы потом воплотить её в металле и камнях. Эх, жалко мне не дано такое видение, моя участь — жалкие железки, примитивная техника, а не великое искусство. Но оценить прекрасное мне вполне по силам. Я представил это колье на шее Мэри и понял — это оно, ничего лучше и придумать нельзя для моего подарка ей.
— Нравится? — спросил меня Абрам, стоявший сзади меня и наблюдавший глубину моего потрясения, — сначала думал предложить тебе кое-что другое, попроще, но передумал, вот это колье — уникальная вещь, больше я ничего подобного скорее всего никогда не сделаю. Да, обойдётся оно тебе дороже, чем четыре с половиной тысячи.
— Почему ты говоришь, что больше не сможешь такое сделать? — обалдело спросил я, проигнорировав актуальный вопрос о деньгах, — если ты сумел сделать Это, то почему не сможешь повторить?
— У всех людей есть свой предел, Алекс, — с грустью в голосе сказал Абрам, — для создания подобной вещи нужно очень большое вдохновение, которое слишком редко стало посещать меня, и слишком много терпения, на что я тоже больше не способен. Стар я слишком, а мой наследник…, эх, не буду говорить о грустном. Я хочу за это колье всего шесть тысяч. Ну что, берёшь?
— Беру, — твёрдо ответил я, хотя шесть тысяч экю — это шесть месячных зарплат квалифицированного рабочего, такого как я.
Впрочем, на подарках для дорогих людей обычно не принято мелочится.
— Вот и хорошо, — вздохнул Абрам, — кстати, ты мне по своему профилю помочь можешь? — он закрыл сейф и поставил на место шкаф.
— Тебе и по моему профилю? — старый еврей сумел меня опять удивить, — что, тебе тоже нужно взломать тюремный компьютер?
— Нет, ломать компьютер не надо, он уже и так сломан, вернее я не знаю, как он вообще работает, вот ты лучше сюда глянь, — с этими словами он скинул полиэтиленовый пакет с какого-то относительно небольшого устройства, стоящего на ближайшем столе.
— Хм, никогда прежде таких станков не видел, — ответил я после беглого осмотра устройства, — что с ним такое и зачем я тебе нужен?
— Это вот тоже деятельность моего сыночка, которая ничего, кроме расходов денег и нервов мне не приносит. Купил он тут это у кого-то задёшево, думал быстро озолотиться, да вот ничего у него не выходит. Не работает эта штука. Совсем не работает, а как она должна работать сын не знает, я же слишком стар для такой техники. Включается, лампочки на нём загораются, экран светится и всё.
— А что это хоть? — я осмотрел станок более внимательно, начиная смутно догадываться об его предназначении.
— Станок для обработки оптического стекла или огранки ювелирных камней…, — тут Абрам несколько замялся, — с электронным управлением и чем-то ещё. Так вот, это самое управление и не работает, а возможностей работать руками здесь не предусмотрено совершенно. Лежит мёртвым грузом, а выбросить жалко, за него деньги уплачены.
— Так тебе его что, починить надо или разобраться, как он должен работать? — я глубоко вздохнул, — извини, Абрам, просто не успею тебе помочь, сегодня вечером уезжаю из города, когда вернусь даже сам не знаю. Может быть вообще никогда не вернусь, есть у меня некоторые опасения.
— Жаль, жаль…, впрочем…, -Абрам, как обычно при внутренней борьбе с самим собой, вернее — со своей жабой, покачал головой, — ты точно сегодня уезжаешь?
— Точно. И не уезжаю, а уплываю на корабле. В русские земли. Там я и хочу обустроиться для начала.
— Слушай, а не хочешь этот станок у меня купить? Я помню, ты всегда интересовался всякими техническими новинками?
— Купить? Абрам, ну скажи, зачем он мне нужен? Я же не оптик и не ювелир, разве что только на запчасти, но куда я их потом пристрою? Вот металлорежущий станок был бы интересен, и у меня, впрочем, такой есть. Куда мне ещё, к тому же такой маленький?
— А ты подумай, подумай, — голосом бывалого торгаша начал уговаривать меня старый еврей, неужели ему деньги
