Чёрная сова

катались?
– Видел я этого духа. – вдруг признался солдат удачи. – Правда, издалека… Метра три ростом, если с шапкой.
Терехов внутренне вздрогнул, вспомнив пляшущую тень всадника.
– У страха глаза велики…
– Не один я видел, многие не раз наблюдали. – Елкин будто рассердился. – И в рапортах указывали. До сих пор видят… Но капитан приказал не писать больше, особенно срочникам. Будет расценено, как попытка закосить под дурку и уклониться от службы. Пока эту шаманку не трогали, никаких духов тут не было, и коней не угоняли. И алтайцы видят этого духа земли, требуют вернуть мумию на место. Тогда, мол, и успокоится. Они считают ее своей царицей или богиней.
Андрей встал со стульчика, помахал руками, поприседал, испытывая странное желание встряхнуться всем телом, как это делают собаки.
– Да бред все это! Я с академиками разговаривал… Курган скифский, и мумия уж никак на алтайку не похожа. Мне ее скульптурное изображение показывали. Русская женщина! Такой тип в каждой нашей деревне.
Солдат удачи глянул на часы, зарядил ракетницу и поднял ствол к небу.
– Мне тоже показывали. Только в натуре. Красивей женщин не видел. А я их повидал в Новосибе! Новосиб – город красавиц. Не обратили внимания?
И выстрелил. Ракета ушла вертикально вверх и не описала дуги, как другие – растаяла в лунном небе.
– Что ты мог разглядеть? Ночью все кошки серы…
– Почему ночью? Я и днем видел. На командирском коне проехала, метров сто от меня. Даже поводья не держит, конь сам несет…
– Сто метров!
То ли недоверчивый тон Терехова, то ли эти воспоминания почему-то начинали злить Елкина.
– Так я в бинокль смотрел! Тюрбан метровый на голове, а глаза завязаны…
– Зачем?
– Кто знает? Может, маска такая…
– Как же ты красоту рассмотрел?
– А красоту и маской не прикроешь. – нашелся рядовой. – Хотел ближе подойти!
– Почему же не подошел?
– Будто не знаете! – сердито вымолвил солдат удачи. – А потом в санчасть? С похмельным синдромом или белой горячкой? И прямым ходом на дембель! Мне служба дороже.
Терехов вспомнил Севу Кружилина.
– Погоди… То есть, по твоему выходит, кто с духом пообщается, у того похмелье?
– Ну да! С нашей заставы только за последний год двоих комиссовали. Проверками замордовали, командир воет волком!… Представляете? На гражданке нормальному работы не найти, а тут со справкой из психушки и наркодиспанера! Теперь же все в базу забивают… Я на вашего напарника глянул и сразу понял – контактер.
– Хочешь сказать, Сева видел этого духа?
– Конешно! – самоуверенно заявил Елкин. – Не просто видел – вступил в контакт, что делать можно только шаманам. И то не всем… И Зырян с катушек съехал! Был нормальный пацан, бизнесом занимался…
– Какой Зырян? – спросил Терехов.
– Тот, которого вы на заставу привозили, костоправ или Вова Черный. Да вы у алтайцев спросите, они про духов все знают.
– Где их взять-то? – усмехнулся Терехов. – За все лето на Укоке ни одного туземца не видел!
У погранца был на все ответ:
– Боятся! Нынче летом дух активизировался. И знаете почему? У него появился молодой гнедой жеребец. Дух питается энергией коня… Командирского шаманка изъездила в прах. Потом угнала коня из Кош-Агача. Там один мужик хотел турбизнесом заняться, конные прогулки на плато. В первом же туре потерял жеребца и голову. Увезли в Горный с известным диагнозом. А дух и эту лошадь укатал. Теперь на вашем единороге будет рассекать.
– Единороге?… У моего гнедого вроде не было рогов.
– Уже отрос. Днем не видно – ночью светится. И вы в этом убедились. Когда порванную веревку показали, я сразу понял: пытались заарканить единорога. Было же?
– Было. – осторожно признался Терехов. – Только кобылицу.
– Единорожицу.
– Разве единороги не бесполые?
Елкин заговорил хладнокровно.
– Вам еще трудно осмыслить, мешает предубеждение. Этого не может быть, думаете вы. Но это существует помимо нашего сознания. И это не плод вашего воображения. В бесполый мир духов верят только идиоты. Если у лошадей отрастают рога, пол сохраняется, как у оленей. Говорят, поймать единорогов невозможно – ерунда полная! Ловят! Вот и вы аркан набрасывали… А знаете, сколько стоит рог единорога на черном рынке?
– Их что, продают? – изумился Терехов.
– Продавали когда-то, по весу алмазов. – со знанием дела объяснил Елкин. – То есть, каратами взвешивали и цена, как у бриллиантов чистой воды. Потому почти всех истребили, еще в средние века.
Дураков в погранвойска по прежнему не брали, но законченных романтиков, как и в прежние годы, было достаточно.
– Наверное,