В рыбацком домике на замерзшем озере найден окоченевший труп женщины. Глаза ее потеряли свой цвет от холода, а на теле отчетливо видны следы пыток. Инспектору Анне-Марии Мелле есть над чем поломать голову. Особенно если учесть, что убитую звали Инна Ваттранг, и при жизни она была правой рукой главы крупной горнодобывающей компании «Каллис Майнинг». Что это — бытовое убийство? Вряд ли.
Авторы: Оса Ларссон
какое мучение — присутствовать на этом ужине.
— Я только хотела взять свои макароны, — тихо сказала Эстер, не поднимая глаз. В подошвах покалывали иголочки. Она не могла заставить себя посмотреть на Ульрику.
— О, без еды ты, само собой, не останешься! — воскликнула Эбба. — Мы пришлем тебе наверх ужин из трех блюд.
— Господи, как здорово! — улыбнулась Ульрика. — А мне нельзя такое организовать? Я тоже предпочла бы лежать на диване, смотреть кино и есть всякие вкусности.
Обе чуть смущенно рассмеялись.
— Я только возьму свои макароны, — упрямо повторила Эстер.
Она открыла дверь холодильника и достала кастрюлю с вареными макаронами. Сплошные углеводы.
И тут Эстер посмотрела на Ульрику. Это было неизбежно. Она оказалась прямо перед ней, когда Эстер закрыла дверцу холодильника и обернулась. Ульрика — белая как полотно, с большой красной дырой посреди лица.
Голос: Эббы или Ульрики.
— Что с тобой? Тебе плохо?
Да нет, с Эстер все в порядке. Просто ей нужно как можно скорее попасть в свою комнату в мансарде.
Девушка поднялась по лестнице. Некоторое время спустя она уже сидела на кровати, поедая макароны руками прямо из кастрюли, поскольку забыла прихватить из кухни вилку. Закрыв глаза, она видела Дидди, крепко спящего в постели супругов Ваттранг. Он в одежде, хотя Ульрика стащила с него ботинки вчера ночью, когда он явился домой. Эстер видела, как начальник охраны Микаэль Вик располагает своих людей по территории. Он не ожидал никаких неприятностей, просто хотел, чтобы гости видели охрану и чувствовали себя в безопасности. Она видела, как Маури бродит туда-сюда в своей комнате, нервничая перед предстоящим ужином. Девушка видела, что волк уже слез с дерева.
Она открыла глаза и посмотрела на свою картину маслом, изображающую озеро Турнетреск.
«Я бросила ее, — подумала она. — Уехала от нее в Стокгольм».
Эстер едет в Стокгольм на поезде. Тетушка встречает ее на перроне. Она выглядит, как кинозвезда с картинки. Ее черные прямые саамские волосы завиты и уложены при помощи пены в прическу под Риту Хейворт.
Губы ярко-красные, на ней узенькая юбка, у духов сладкий и тяжелый аромат.
Эстер предстоит явиться на собеседование в художественную школу Идун Ловен. На ней анорак и кеды.
В школе посмотрели ее конкурсные работы, сочли, что она способная, но все же слишком юная. Поэтому руководство хочет встретиться с ней лично.
— Помни, что надо что-то говорить, — убеждает ее тетушка. — Только не сиди и не отмалчивайся. По крайней мере, отвечай, когда тебя спрашивают. Обещай мне!
Эстер обещает, насколько это возможно в ее оглушенном состоянии. Вокруг нее мелькание и мельтешение: гудение и скрежет поездов метро, когда они въезжают на станцию, везде какие-то надписи, реклама. Девочка пытается прочесть и понять, что же они хотят продать, но не успевает — каблучки тетушки как барабанные палочки, отбивающие дробь, и в этом ритме они пробираются сквозь толпу людей, которых Эстер тоже не успевает рассмотреть.
Собеседование проводят трое мужчин и две женщины. Все пожилого возраста. Тетушке приходится остаться в коридоре. Эстер приглашают в конференц-зал. На стенах висят большие полотна маслом. Конкурсные работы Эстер стоят, прислоненные к стене.
— Мы хотели бы поговорить о твоих картинах, — любезным тоном произносит одна из женщин.
Она директор. Все присутствующие поздоровались с ней за руку и сказали, как их зовут и чем они занимаются, но Эстер не запомнила. Она помнит только, что та женщина, которая беседует с ней сейчас, представилась, как директор.
У Эстер есть только одна работа маслом. Она называется «Накануне весеннего солнцестояния» и изображает озеро Турнетреск с семьей на берегу, которая собирается сесть в лодку. Мальчик с папой уже находятся там. Мама тянет за руку девочку, которая хочет остаться на суше. Девочка плачет. На ее лице — тень летящей птицы. На заднем фоне — гора, по-прежнему с белыми пятнами снега. Воду в реке Эстер сделала черной. Поверхность воды увеличивает предметы — если смотреть в отражение, кажется, что озеро ближе к зрителю, чем семья. Но в композиции картины семья на переднем плане. Получилось очень неплохо — с этим эффектом увеличивающего зеркала. Из-за него вода кажется огромной и грозной. А под поверхностью воды угадывается нечто белое. Хотя, возможно, это всего лишь отражение облака.
— Для тебя не совсем привычно писать маслом? — спрашивает один из мужчин.
Эстер кивает. Ведь это правда.
— Очень интересное полотно, — говорит директор дружелюбным тоном. — А почему девочка не хочет садиться в лодку?
