В рыбацком домике на замерзшем озере найден окоченевший труп женщины. Глаза ее потеряли свой цвет от холода, а на теле отчетливо видны следы пыток. Инспектору Анне-Марии Мелле есть над чем поломать голову. Особенно если учесть, что убитую звали Инна Ваттранг, и при жизни она была правой рукой главы крупной горнодобывающей компании «Каллис Майнинг». Что это — бытовое убийство? Вряд ли.
Авторы: Оса Ларссон
дорогу по другую сторону моста, но кто там теперь — одному богу известно. Чуть ранее они заметили трех человек в камуфляже, скрывшихся в джунглях.
Не покидает страшное чувство, что их все плотнее окружает военная группировка.
Микаэль достал пачку сигарет и угостил людей Снейерса.
В тот раз все закончилось кровавым боем. Он не помнил, сколько человек убил. Помнил только леденящий душу страх, что патроны кончаются, — все наслышаны о том, что эти люди делают со своими врагами, если берут их в плен живыми. От такого он долго не мог потом спать по ночам. После того случая он получил медаль.
Жизнь завертелась странным образом. Между заданиями солдаты находились в городах, сидели в барах с коллегами. Понимали, что пьют слишком много, но как иначе справиться с той реальностью, которая давила на них? Черные девчонки, совсем молоденькие, пытались подобраться к ним вплотную, шептали: «Мистер, мистер…» С ними можно было потрахаться за гроши. Но сперва хотелось от души посидеть с друзьями. Так что они отгоняли девчонок, как собак, грозили бармену, что уйдут в другое место, если их не оставят в покое. Тогда он выгонял назойливых девушек. Несколько из них всегда поджидали потом на улице, стояли даже под проливным дождем, прижимаясь к стене дома — бери любую с собой в отель.
В одном из баров Микаэль встретился с отставным майором из немецкого Бундесвера. Тому было за пятьдесят, он владел фирмой, занимающейся охраной людей и имущества. Микаэль немного знал его.
— Когда тебе надоест ползать среди мокрой глины, — сказал майор и дал ему визитную карточку с номером телефона. Больше на ней ничего не было.
Вик улыбнулся и покачал головой.
— Возьми, — настаивал майор. — Кто знает, что нас ждет в будущем. Речь идет лишь об отдельных кратковременных заданиях. Работа очень хорошо оплачивается. И она куда проще, чем то, что вы сделали на прошлой неделе.
Микаэль засунул визитку в карман — больше для того, чтобы прекратить дискуссию.
— Но вряд ли эта деятельность санкционирована ООН, да? — усмехнулся он.
Майор вежливо рассмеялся — видимо, желая показать, что не обиделся. Похлопал Микаэля по спине и оставил его одного.
Три года спустя, когда Маури обратился к Вику и сообщил, что у него возникли проблемы, Микаэль связался с немецким майором и сказал, что у него есть друг, который хотел бы воспользоваться их услугами. Майор дал ему номер телефона, по которому должен был позвонить Маури.
У Микаэля возникло странное чувство, что весь этот мир по-прежнему где-то существует. Горячие точки, полевые командиры, наркотики, малярия, сопляки с пустыми глазами… Все это продолжалось где-то там — без него.
«Я вовремя вышел из игры, — подумал Микаэль. — Есть те, кто уже не может после этого привыкнуть к обычной жизни. А у меня есть девушка, с которой я живу — нормальный человек с настоящей работой. У меня есть квартира и хорошая работа. Я могу выносить будни и спокойную жизнь… Если бы я не дал Каллису номер телефона, он взял бы его из другого источника. Откуда я знаю, для чего он ему понадобился? Может быть, он вообще им не воспользовался. Маури получил его от меня в начале декабря. Задолго до того, как убили Инну. И потом… не может быть, чтобы ею занимался профессионал. Грязная работа!»
Маури Каллис вносит пятьдесят тысяч евро на счет в Нассау на Багамских островах. Он не получает никакого сообщения — ни о том, что платеж получен, ни о том, что задание выполнено в соответствии с его пожеланиями. Ничего. Он сказал, что нужно стереть всю информацию с жесткого диска в компьютере Эрьяна Бюлунда, но было ли это сделано, он не знает.
Через неделю после того, как Маури перевел деньги, на глаза ему попадается заметка в «СДН» о том, что журналист Эрьян Бюлунд умер. По тону заметки похоже, что смерть наступила от болезни.
«Все оказалось так просто, и можно было работать дальше», — подумал Маури Каллис и улыбнулся, когда его жена чокнулась с Герхартом Снейерсом.
С Инной все вышло совсем не так легко. Сотни раз за последнюю неделю он размышлял о том, была ли у него альтернатива. И каждый раз приходил к тому, что ее не было. Это была вынужденная мера.
Тринадцатое марта, четверг. Через сутки Инна Ваттранг будет мертва. Маури в доме у Дидди, который лежит в постели в спальне.
Ульрика пришла и позвонила в дверь Маури и Эббы. Она рыдала, на ней не было куртки, только кофта. Ребенка она держала завернутым в одеяло, как женщины-беженки.
— Ты должен что-нибудь сделать, — сказала Ульрика Маури. — Я не могу его добудиться.
Маури не хотел идти. После истории с «Квебек Инвест» и после того, как Дидди рассказал о журналисте Эрьяне Бюлунде, они вообще практически не общаются. И уж точно не остаются
