В рыбацком домике на замерзшем озере найден окоченевший труп женщины. Глаза ее потеряли свой цвет от холода, а на теле отчетливо видны следы пыток. Инспектору Анне-Марии Мелле есть над чем поломать голову. Особенно если учесть, что убитую звали Инна Ваттранг, и при жизни она была правой рукой главы крупной горнодобывающей компании «Каллис Майнинг». Что это — бытовое убийство? Вряд ли.
Авторы: Оса Ларссон
нечасто видят его дома.
— Хотя иногда ему нужны деньги. Или же он приходит домой, чтобы переодеться. Мне кажется, одежда не успевает запачкаться, но они все время моются, переодеваются и пшикают на себя дезодорантами. Йенни тринадцать, и она такая же. Петтеру на следующей неделе исполнится одиннадцать, он играет в «биониклов». Настоящий мамочкин сынок. Тут все наоборот — не так, как со старшими. Он никогда не ходит к друзьям, в основном сидит один дома. Сама понимаешь — это тоже нехорошо. Начинаешь переживать из-за этого.
— И еще Густав.
— Угу, — проговорила Анна-Мария и сдержалась, хотя как раз собиралась рассказать, как Роберт накануне отводил Густава в садик. Есть свои пределы. Такое интересно только другим мамашам.
Повисла пауза. В ту ночь, когда родился Густав, Ребекка в целях самообороны убила трех мужчин в лесной сторожке в Йиека-ярви. Ее ударили ножом, и если бы коллеги Анны-Марии не подоспели вовремя, Ребекка умерла бы.
— Густав, который любит целовать свою старенькую мамочку, — напомнила Ребекка.
— Но на самом деле он фанат папы. Позавчера Роберт стоял в туалете и мочился. Надо сказать, что я замужем за человеком, который считает, что станет гомосексуалом, если сядет на унитаз, а кто потом убирается, когда парни делают то же самое, — легко догадаться… Так или иначе, он стоял и писал, а Густав стоял рядом с нескрываемым восхищением на лице. «Папа! — проговорил он с восторгом. — У тебя такой огромный петушок! Просто как у слона!» Ты бы видела после этого моего мужа. Он просто… — Она похлопала одной рукой, как крылом, и изобразила бравое кукареканье.
Ребекка рассмеялась.
— Но ты больше всех любишь Маркуса, так ведь?
— Да нет, их всех любишь одинаково, хотя каждого по-своему, — ответила Анна-Мария, не сводя глаз с дороги. Как Ребекка могла догадаться? Анна-Мария пыталась прокрутить в голове свои последние фразы. Все верно. Маркус был ей дорог совершенно по-особому. Они всегда общались не только как мать и сын, но и как хорошие друзья. Хотя этого она не желала показывать или рассказывать, едва решалась признаться в этом себе самой.
Когда они вылезли из машины возле базы отдыха «Каллис Майнинг», Анна-Мария почувствовала себя обманутой. Ребекка сделала так, что она всю дорогу рассказывала о себе и о своем. Сама же Ребекка ни словом не обмолвилась о своей жизни.
Анна-Мария отперла дверь и показала Ребекке пол в кухне, с которого сняли линолеум.
— Мы все еще ждем ответа из лаборатории, но сейчас уже можем исходить из того, что в маленькой выбоине — кровь Инны Ваттранг. Поэтому мы думаем, что женщину убили на этом самом месте. Кроме того, на ее лодыжках и запястьях обнаружены следы скотча, и такие же следы на стуле — таком, как эти. — Она указала на кухонные стулья из мореного дуба. — И мы надеемся узнать, что это за скотч. И еще я жду заключения судмедэксперта. Хотя предварительно он сказал, что она не подверглась изнасилованию… но, естественно, нас интересует, вступала ли она в сексуальные отношения незадолго до смерти. Тогда стоит рассмотреть вариант о своеобразной сексуальной игре…
Ребекка кивнула в подтверждение того, что слушает, и огляделась.
«Если я жду мужчину, — подумала Ребекка, и в голове у нее снова возник образ Монса Веннгрена, — я надеваю самое красивое белье. Что еще? Конечно же, прибираюсь, чтобы было уютно и красиво». Она взглянула на кучу немытых тарелок. На пустой пакет из-под молока.
— В кухне беспорядок, — задумчиво проговорила она, обращаясь к Анне-Марии.
— Ты бы видела, что временами творится у меня дома, — пробормотала та.
«И еще я покупаю изысканную еду, — продолжала размышлять Ребекка. — И напитки». Она открыла холодильник. Несколько готовых обедов для разогрева в микроволновке.
— В холодильнике было только это?
— Да.
«Похоже, это не было первым свиданием, — подумала Ребекка. — Она не стала особенно стараться, чтобы произвести на него впечатление. Но почему тренировочный костюм?» Что-то тут не сходилось. Она закрыла глаза и начала все с начала. «Он едет сюда, — подумала она. — По каким-то причинам мне не нужно убираться или покупать еду на ужин. Он звонит мне из Арланды…» Ей вспомнился тягучий голос Монса в трубке.
— Телефон, — сказала она Анне-Марии, не открывая глаз. — Вы нашли ее мобильный телефон?
— Нет, не нашли. Но мы, конечно, проверим ее по всем операторам.
— Компьютер?
— Тоже нет.
Ребекка открыла глаза и посмотрела через окно кухни на озеро Турнетреск.
— Такая женщина на такой работе, — проговорила она. — Само собой, у нее был и мобильник, и ноутбук. Ее нашли в будке там, на льду. Как ты считаешь, не послать ли водолазов посмотреть
