В рыбацком домике на замерзшем озере найден окоченевший труп женщины. Глаза ее потеряли свой цвет от холода, а на теле отчетливо видны следы пыток. Инспектору Анне-Марии Мелле есть над чем поломать голову. Особенно если учесть, что убитую звали Инна Ваттранг, и при жизни она была правой рукой главы крупной горнодобывающей компании «Каллис Майнинг». Что это — бытовое убийство? Вряд ли.
Авторы: Оса Ларссон
его сопровождать.
На похороны пришли он и две сестры, пастор и главный врач больницы.
«Погода на удивление подходящая», — подумал Маури, стоя у гроба. Дождь обрушивался с неба, как холодные серые цепи. Вода прокладывала себе путь по поверхности, создав дельту из ручейков, понесла с собой в могилу землю и мелкие камешки. Как жидкий коричневый суп в отверстии в земле. Сестры мерзли, стоя в своих наспех подобранных траурных нарядах. Черные юбки и блузки у них нашлись, но покупать пальто было бы слишком затратно — на одной было темно-синее, другая стояла вообще без пальто. Маури отдал им свой зонтик, не заботясь о том, что костюм от Зегна будет безнадежно испорчен дождем. Пастор с книгой псалмов в одной руке и зонтиком в другой весь дрожал от холода. Но он произнес очень трогательную речь, довольно откровенно сказав о том, как тяжело, когда человек не справляется с главной обязанностью в жизни — воспитанием собственных детей. Затем последовали слова о «неизбежной кончине» и «пути к примирению».
Сестры плакали под дождем, а Маури недоумевал, о чем они плачут.
По пути к машинам на них обрушился град. Пастор побежал вперед, прижимая книгу псалмов к груди. Сестры крепко обнялись, чтобы спрятаться под зонтиком Маури. Град прорывал листья деревьев.
«Это мама, — подумал Маури, борясь с внутренним чувством паники. — Она никогда не умрет. Бьет и ранит. Что делать? Пригрозить небу сжатым кулаком?»
После похорон он пригласил их на обед. Сестры показывали фотографии своих детей, восхищались цветами, которые он положил на гроб. Маури чувствовал себя не в своей тарелке. Они расспрашивали его о семье, но он отвечал односложно.
Маури все время мучили те черточки в их внешности, которые напоминали об их общей матери. Даже то, как они двигались, напоминало о ней. Каждый кивок головой. У старшей из сестер была странная манера то и дело вдруг сощуриться, глядя на него. Каждый раз он ощущал приступ необъяснимого ужаса.
Под конец речь зашла об Эстер.
— Ты знаешь, что у нас есть еще одна сестра? — спросила средняя.
Они рассказали ему эту историю. Девочке было тогда одиннадцать лет. Мама родила Эстер в 1988 году. Забеременела от другого пациента в клинике. Девочку сразу же отобрали у матери. Какая-то семья в Реншёне взяла ее на воспитание. Сестры вздыхают и говорят: «Бедная девочка». Маури сжимает кулаки под столом, одновременно вежливо спрашивая, не хотят ли они чего-нибудь сладкого к кофе. Почему она бедная? Ведь ей не пришлось жить с матерью.
Когда он собрался уходить, ему почудилось на их лицах выражение облегчения. Никто из них не стал говорить глупостей о том, что надо бы поддерживать связь…
Инна внимательно смотрит ему в лицо. Самолеты за окном взлетают и приземляются — как заводные игрушки.
— Твоя младшая сестра — Эстер, — говорит она. — Ей всего лишь шестнадцать лет. И ей надо где-то жить. Ее приемная мать только что…
Маури подносит руки к лицу, словно закрывается от струй воды, и стонет.
— Нет… Нет!
— Эстер может жить у меня в Регле. Это ведь временное решение. Осенью она начнет учиться в школе искусств Идун Ловен…
Маури не имеет привычки перебивать Инну. Но тут он говорит: «Ни за что». Он не хочет, не может, не собирается держать у себя в усадьбе живую копию матери. Он говорит Инне, что готов купить сестре квартиру в Стокгольме — все, что угодно.
— Но ведь ей всего шестнадцать! — восклицает Инна. Она улыбается неотразимой улыбкой. Потом лицо ее снова становится серьезным. — Ты ее единственный родственник, который…
Он уже открывает рот, чтобы напомнить о двух других сестрах, но она не дает себя перебить.
— …который имеет возможность позаботиться о ней. И как раз сейчас твое имя у всех на устах… Ох, я ведь забыла тебе сказать — «Business Week» собирается сделать о тебе большой материал…
— Никаких интервью!
— …но, по крайней мере, на фотосессию ты должен согласиться. Так или иначе, если станет известно, что у тебя есть сестра, которой негде жить…
В конце концов, она побеждает. И когда они поднимаются на борт самолета, летящего в Ванкувер, Маури думает о том, что ему на самом деле все равно. Регла — не обычный дом, куда можно вторгнуться. В Регле живут его жена и сыновья, Дидди с беременной женой и Инна. В Регле происходят многие представительские мероприятия компании. Там можно охотиться, кататься по реке на катере или устраивать ужины и приемы.
Маури ощущает, что интерес к нему в последнее время со стороны СМИ и социальная активность, явившаяся его следствием, высасывают из него все соки. Работа никогда его так не утомляла. Все эти люди, с которыми надо здороваться за руку и любезно беседовать, — откуда они берутся? Он вынужден
