В рыбацком домике на замерзшем озере найден окоченевший труп женщины. Глаза ее потеряли свой цвет от холода, а на теле отчетливо видны следы пыток. Инспектору Анне-Марии Мелле есть над чем поломать голову. Особенно если учесть, что убитую звали Инна Ваттранг, и при жизни она была правой рукой главы крупной горнодобывающей компании «Каллис Майнинг». Что это — бытовое убийство? Вряд ли.
Авторы: Оса Ларссон
больше ста метров и с плохим временем. Щенок», — думал он о втором.
Они всей компанией проследовали через пляж и гавань, направляясь на яхту, снятую Герхартом Снейерсом. Ветер шуршал в кронах пальм, было так жарко, что пот тек ручьями. «Щенок» постоянно отвлекался, многозначительно ухмылялся вслед бодибилдингистам, которые совершали пробежку вдоль пляжа, заткнув шорты между ягодицами, чтобы сжечь лишние жиры и приобрести ровный загар.
Яхта оказалась «Фейрлайн Скуадрон»: 74 фута, с двуспальной кроватью на палубе, двойным мотором «Катерпиллар» и максимальной скоростью в 33 узла.
— Вот к каким удобствам привыкли великие люди, — сказал «щенок» на своем ломаном английском и бросил многозначительный взгляд на кровать, стоящую на палубе. — И она не совсем для того, чтобы на ней загорать, — добавил он.
Маури, Инна и Герхарт спустились вниз в каюту. Микаэль Вик извинился и последовал за ними. Войдя в салон, он встал у двери.
Снейерс как раз что-то говорил, но сделал паузу, когда Микаэль вошел в дверь — достаточную для того, чтобы Маури его отослал. Но тот ничего не сказал, только взглянул на Герхарта, давая понять, что тот может продолжать.
«Демонстрация силы, — подумал Микаэль. — Маури решает, кому присутствовать, кому нет. Герхарт один, у Маури есть Инна и охранник».
В тот момент женщина бросила на него краткий взгляд, который говорил: «Ты — один из нас. Ты в команде. В команде победителей. Шишки вроде Снейерса бегают за нами, чтобы назначить встречу».
— Как я уже заметил, — начал Герхарт, — мы давно наблюдали за вами. Хотели понять, какие у вас планы в Уганде. Мы не знали, собираетесь ли вы продавать дело, когда будут закончены предварительные работы. Я желал убедиться, что вы сделаны из прочного дерева. И определенно сделал это. Трусы боятся вкладывать деньги в этот регион, там все слишком нестабильно. Но — кто не рискует, тот не пьет шампанского, верно? Бог ты мой, какие месторождения! Ребенок, вооруженный палкой и тряпкой, мог бы добывать там золото — что уж говорить о нас… — Он сделал паузу, давая Маури возможность что-то сказать, но Маури промолчал. — Теперь вы владеете большими шахтами в Африке, — продолжал Снейерс, — так что для нас было бы честью, если бы вы согласились войти в наш маленький клуб… искателей приключений.
Он имеет в виду «Африкан Майнинг Траст» — ассоциацию иностранных предпринимателей, владеющих горнодобывающими компаниями в Африке. Микаэль знает их. Он слышал разговоры Инны и Маури. Слышал и то, что они говорили о Снейерсе. Тот занесен в черный список «Хьюман Райтс Уотч» — его компании продают золото из Конго, добытое грязными путями.
«Его шахта на западе Уганды — всего лишь способ отмывания денег, — сказал Маури. — Вооруженные формирования разоряют шахты в Конго, Снейерс закупает золото у них и в Сомали, а потом перепродает как добытое на своей шахте в Уганде».
— У нас много общих интересов, — отметил Снейерс. — Создание инфраструктуры. Вопросы безопасности. Члены группы могут быть вывезены самолетом из любой горячей точки в течение двадцати четырех часов. Поверьте мне, если вы еще не сталкивались с проблемами такого рода, рано или поздно придется с ними столкнуться — вам или вашим сотрудникам. Кроме того, мы работает на дальнюю перспективу, — добавил он, пополняя бокалы Маури и Инны.
Инна выпила свой напиток, незаметно подменила бокал и теперь допивала коктейль Маури. Снейерс продолжал:
— Наша цель — привлечь в правление компаний европейских, американских и канадских политиков. В некоторых материнских предприятиях группы в правлении заседают бывшие главы государств. Это один из способов давления. Влиятельные лица в странах, выдающих ассигнования, сами понимаете — чтобы черные не устраивали нам бучу.
Инна извинилась и вышла в туалет. Когда за ней закрылась дверь, Снейерс проговорил:
— В Уганде у нас могут возникнуть проблемы. Всемирный банк угрожает заморозить финансирование, чтобы добиться демократических выборов. Но Мусевени не готов выпустить из рук власть. А если международная помощь прекратится, мы получим новую Зимбабве. Никаких оснований для того, чтобы иметь дело с Западом, иностранные инвесторы вылетят прочь, как пробка из бутылки. И тогда мы потеряем все. Он заберет себе все наши владения. Но у меня есть план. Хотя он стоит денег.
— Да-да, — проговорил Маури.
— Его кузен Кадага — генерал армии. У них между собой конфликт. Мусевени показалось, что кузен недостаточно лоялен. В чем он отчасти прав. Мусевени урезает власть Кадаги, не выплачивая жалованье его солдатам. Никакого оборудования они тоже не получают. У Мусевени есть другие генералы, которых он поддерживает. Дело зашло
