В рыбацком домике на замерзшем озере найден окоченевший труп женщины. Глаза ее потеряли свой цвет от холода, а на теле отчетливо видны следы пыток. Инспектору Анне-Марии Мелле есть над чем поломать голову. Особенно если учесть, что убитую звали Инна Ваттранг, и при жизни она была правой рукой главы крупной горнодобывающей компании «Каллис Майнинг». Что это — бытовое убийство? Вряд ли.
Авторы: Оса Ларссон
и оставили ее в покое.
— Нет у меня никаких внутренних кровоизлияний! — шипит она.
Эбба находит ключ, открывает дверь и зажигает свет в холле.
— Да вот же твой бумажник! — говорит она и выуживает его из сумочки со странным выражением лица.
В ярко освещенном холле они еще отчетливее видят, как сильно Инна избита. Они просто не знают, что и думать.
Инна выдавливает из себя улыбку.
— Спасибо. Очень мило с вашей стороны помочь мне… — Черт, она говорит так, словно они — игрушечные мишки на диване, ей никак не найти верный тон, она просто хочет, чтобы они поскорее ушли. — …поговорим об этом завтра, сейчас мне надо отдохнуть… Пожалуйста, не рассказывайте пока ничего Дидди и Маури, мы вернемся к этому завтра.
У женщин лица испуганных косуль. Она захлопывает дверь у них перед носом.
Не нагибаясь, Инна стряхивает с себя туфли и осторожно поднимается по лестнице на второй этаж. Роется в аптечке, принимает ксанор, запив его водой из-под крана прямо из горсти, затем имован — эти таблетки она не проглатывает целиком, а терпеливо обсасывает оболочку, чтобы они подействовали быстрее.
Затем она размышляет, хватит ли у нее сил спуститься в кухню и взять себе бутылку виски. Присев на край кровати, она откидывается назад, ощущая во рту горький привкус от имована. Это мощное средство. Сейчас все будет в порядке.
Внизу в холле открывается и закрывается дверь, слышны быстрые шаги по лестнице и голос Дидди:
— Это всего лишь я.
Такова его стандартная входная фраза. Он всегда открывает дверь и заходит с этими словами. И с тех пор, как он женился, эти слова заставляют Инну чувствовать себя второй женой с собственным жильем.
— Кто? — произносит он, едва взглянув на нее. Кровь на рубашке, распухший нос, разбитая губа, заплывший глаз.
— Мальте, — говорит она. — Он немного… потерял над собой контроль. — Инна улыбается озорной улыбкой — насколько это возможно. О том, чтобы рассмеяться, не может быть и речи — несмотря на бензодиазепины. — Если ты считаешь, что я выгляжу не очень, посмотрел бы ты на его белоснежный ковер в спальне, — шутит она.
Дидди пытается улыбнуться в ответ.
«Боже, какой он стал скучный!» — думает Инна. Ее тошнит от него.
— Тебе очень плохо? — спрашивает он.
— Вроде уже полегчало.
— Можно, я о тебе немного позабочусь? — говорит Дидди. — Принести тебе чего-нибудь?
— Льда, а то я буду завтра выглядеть как черт знает что. И «дорожку».
Он организует все необходимое. Выпив виски, который он тоже принес, она начинает чувствовать себя вполне сносно — для такой ситуации. Боль отступила, виски согрел ее изнутри и помог расслабиться, а кокаин прояснил сознание.
Дидди расстегивает пуговицы на ее рубашке и осторожно раздевает. Намочив махровое полотенце теплой водой, смывает кровь с ее лица и волос.
Прижимая к глазу кухонное полотенце с завернутым в нем льдом, Инна произносит что-то в духе Рокки Бальбоа:
— I can’t see nothing, you got to open my eye…
Дидди садится на пол между ее коленями и запускает руки под юбку. Отстегивает от пояса чулки и стаскивает их, целуя колени. Его пальцы гладят бедра, забираясь все выше. Они дрожат от возбуждения. В трусиках у нее мокро от спермы другого мужчины. Это безумно сексуально.
Они обычно посмеиваются над ее бойфрендами — он и Маури. Ей попадаются какие-то невероятные типы. Откуда она их только берет? Этот вопрос они с Маури часто задают себе.
Посади Инну на голую скалу посреди океана, и тут же к ней подплывет какой-нибудь тип в платье и парике с самыми странными наклонностями, которым Инна будет полностью соответствовать.
Иногда она что-то рассказывает — просто ради того, чтобы позабавить их. Как в прошлом году, когда Инна послала эсэмэску из роскошного отеля в Буэнос-Айресе: «Целую неделю не выходила из гостиницы».
Когда она вернулась, Маури и Дидди поджидали, как два нетерпеливых лабрадора — в ожидании, что Инна бросит им кость: «Рассказывай, рассказывай!»
Тогда Инна от души расхохоталась. Ее друг увлекался кораблями.
— Он разъезжает по крупнейшим портовым городам мира, — рассказывает она. — Поселяется в роскошных отелях с видом на гавань и сидит там неделю, ведя учет кораблей. Можете закрыть рты, пока я говорю.
Маури и Дидди закрыли рты.
— Еще он снимает их на видео, — продолжает она. — В прошлом году, на свадьбе дочери, он показал фильм про разные суда, которые заходят и выходят из гавани в разных портах по всему миру. На двадцать минут. Гости просто извелись.
— А ты чем там занималась? — спросил Маури. — Пока он смотрел на свои корабли?
— Ну, прочла
