Черное белое

взволнован, что не обратил внимания на состояние своего коллеги. Сматывая удочки, пожаловался:
— Надо ехать. Проверить сигнал. Девушка сказала, что убита блондинка. Лежит в спальне на втором этаже.
Они обе блондинки! Жукову стало не по себе:
— Может быть, нам с Валентином поехать с тобой?
— Да ну! Если сигнал подтвердится, вызову опергруппу. Дело серьезное. Если девчонка не врет, там такое творится! Порыбачил, называется! Жена засмеет! Улов-то знатный: женский труп! Я ж говорил, что нюхом чую! А вы рыбачьте. Карась в озере есть. Вон какой сорвался!
Больше всего на свете хотелось сейчас же бросить удочки и бежать к машине. Он молил бога только об одном: чтоб повезло! Надо туда! Срочно! А Валентин, словно не замечает. Вытащил удочку, проверил наживку. В соседнем районе труп. Гм-м-м… Так в соседнем же! А тут тишина. И карась знатный. Не клюет, так что ж? Клюнет! Черт бы побрал этих заядлых рыбаков!
Свернув удочки, Володя по узенькой лесной тропинке идет в сторону шоссе. «Я с тобой!» Дудки!
— Ты наживку-то проверь, — советует Валентин.
— Не клюет, — пожаловался Жуков. — Может, и мы тронемся? Девятый час, тебе разве не на работу сегодня?
— Выходной. Отдежурил и гуляю. А выходной надо начинать с чего? С рыбалки. Последние теплые деньки стоят.
Следователь Жуков закуривает свою четвертую сигарету. Если так дело пойдет, пачки не хватит на день. Сколько раз обещал себе бросить курить! Но кто же убит? Кто? И почему? Как она могла! «Только что ноги не раздвигает…» За такие слова дал бы в морду, не задумываясь. Но нельзя. Нельзя выдавать себя. И тут — сказочное везение! Небывалое! Минут через пятнадцать из леса выходит Володя. Лицо у него расстроенное.
— Мужики, выручайте! Машина не заводится.
— Ах, чтоб тебя! — ругается Валентин.
— Ехать надо.
— У тебя ж выходной!
— Но она мне позвонила! Понимаешь? Мне! Значит, нашла номер телефона! А где нашла? Там. В доме. Надо ехать. Все равно это мое дело. Мне и разгребать. А ты знаешь, что такое составить мнение с чужих слов. Сам же учил.
Ругаясь, Валентин начинает сворачиваться. Потом спохватывается:
— Погоди. Может, ее с троса завести? Протащить метров десять, и…
— Ну так протащи!
— Олег, а ты оставайся. Тебе-то зачем идти? Сиди, отдыхай, — говорит Валентин.
— Нет уж. — Следователь Жуков решительно поднимается и начинает сматывать удочку. — Поедем вместе. Сегодня не мой день.
— Вот и правильно! — радуется Володя. — Одна голова хорошо, а три лучше!
— Ты думаешь, я пойду вместе с тобой осматривать место происшествия?! — возмущается Валентин. — В свой выходной день?! Да еще в чужом районе?!
— Ты только меня довези. А там разберемся.
— Мать его так! Называется, порыбачил!
Машина Володи действительно не заводится. Даже с троса. Выяснять, что за поломка, некогда, и оставив его «Жигули» на обочине, мужчины едут в коттеджный поселок Круглое. Только в машине Жуков спохватывается: «А если соседка меня опознает?!»
Потом сам себя успокаивает: «Ничего, обойдется. Надо убраться оттуда до того, как приедет следователь из местной прокуратуры, и появятся понятые. Наверняка позовут соседку. Обойдется. Сегодня мой день. Везет».
Примерно через полчаса они добираются до поселка.
— Куда ехать? — бурчит Валентин.
— Сворачивай налево. И по аллее. К крайнему дому. Трехэтажный особняк белого кирпича, — говорит Володя.
Подъезжают к дому. Девять часов утра. Здесь так рано не просыпаются. Местный магазин работает с десяти. Калитка приоткрыта.
— Ну что, проверим сигнал? — спрашивает Володя, со вздохом вылезая из машины.
Следователь Жуков, стараясь не выдать волнения, за ним. Валентин не торопится. Лицо у него расстроенное. Топчется возле машины, словно расстаться с ней, любимой, боится. Вслед за Володей Жуков поднимается на крыльцо. Оперуполномоченный по особо тяжким стучит в дверь:
— Есть кто-нибудь дома? Откройте! Милиция!
Ответа нет. Володя толкает дверь. Открыто. Вдвоем они входят в просторный холл. Беспорядок, вещи разбросаны. Володя неуверенно оглядывается и направляется к лестнице, ведущей на второй этаж. Олег прекрасно ориентируется в доме. Главное, не подать виду. Шаги Валентина на крыльце. Володя уже на лестнице. Как она там сказала? Труп в спальне на втором этаже. Следователь Жуков старается не торопиться, поднимаясь по лестнице. Хотя ноги сами I несут вперед. В спальню первым входит Володя. Раздается его сдавленный то ли вскрик, то ли всхлип.
— Что? Что такое? — хрипло спрашивает следователь Жуков.
Володя пятится. На него жутко смотреть. Лицо зеленое, губы трясутся. И руки,