Черное белое

— Что?!
— Ушла из больницы. В тот день, когда ты уехала. Рано утром. Ничего не хочешь сказать про то утро?
— А что я должна сказать?
— Про труп в спальне. На втором этаже.
Долгая пауза.
— Лера?
— Что?
— Это была ты?
— Оставь меня в покое!
— Только не бросай трубку. Я знаю, как
это с тобой бывает. Главное, чтобы никто больше не докопался до сути. Но наш план под угрозой срыва. Сначала Мошкин, теперь она. Милиция ведет расследование, и рано или поздно…
— Как ее убили?
— Два раза ударили бронзовым подсвечником по голове. А потом…
— Опять эти подсвечники! Просто заклинило на них! Так бывает: какая-то деталь засядет в голове, и мысль упорно возвращается к ней. Словно заезженная пластинка крутится в голове. И вновь крутится…
— Лера, приди в себя. Ты нужна здесь.
— Я не могу сейчас приехать. Мне надо сделать паспорт Соне. Я потеряла два дня. А это не терпит отлагательства.
— И все-таки: где ты была?
— Я же говорю. Стояла на дороге.
— Объявилась девица, которая знает, где находится Соня. Возможно, в каком-нибудь притоне. Дорвалась до наркотиков. Но откуда у нее деньги?
— Я ей оставила сто долларов. Под подушкой. Должно быть, нашла.
— Лера!
— А что ты от меня хочешь? — огрызнулась она. — Я, конечно, не ожидала, что она сбежит. Это не входило в мои планы. Как только сделаю паспорт, приеду. Дня через два.
— Хорошо.
— Встретила сегодня твою жену на улице, — ему показалось, что Валерия тайком усмехнулась.
— И что? — спросил осторожно.
— Обрадовалась. Она мне обрадовалась! Ты представляешь? Думаешь, она про нас ничего не знает? Давно уже знает! А тут радость: я здесь, значит, не с тобой. Мне вдруг ее жалко стало. Впервые за эти пятнадцать лет, что она с тобой мучается. Так жалко!
— Это междугородный звонок, — напомнил он. — Денежки капают в то время как ты душу мне изливаешь. Дорого обходится.
— Ничего. Я заплачу. У меня теперь много денег. А будет еще больше. Я тебе сказала о жене, теперь ты скажи: как там мой доктор?
— Твой доктор мечется из угла в угол в полной панике. Не понимаю, что ты в нем нашла? Он не мужик.
— Зато в тебе этого слишком уж много.
— Жду твоего возвращения, — сухо сказал он. — И не вздумай выкинуть какой-нибудь фортель. Я все-таки надеюсь, что ты с собой справишься. Все. Пока.
Потом он вновь сидел на крыльце и слушал тишину. Сон не шел. Корил себя: ну как мог связаться с этой женщиной? Поддаться на ее уговоры, стать сообщником? Ведь знал же, что неуправляема! Что внутри у нее сидит дьявол, который может успокоиться на время, но никогда не покинет облюбованную им душу. И если теперь удастся выйти сухим из воды, это будет самое настоящее чудо…
…Без пятнадцати девять они с Валентином уже сидели на лавочке в сквере и ждали девушку, назначившую свидание. Естественно, нервничали, потому что звонков больше не поступало. И Соня не объявлялась. Когда прошло полчаса, Валентин не выдержал:
— Похоже, кинула.
— Не спеши.
— Я тебе говорю.
— Такие особы не отличаются пунктуальностью. Посмотри-ка налево у палатки.
Она стояла у палатки с надписью «Мороженное» и неуверенно озиралась по сторонам. Неопрятная девица лет двадцати, волосы выбелены перекисью водорода, но давно уже отросли — и вся макушка черная. Одета в старые джинсы и бесформенный свитер, на лице солнцезащитные очки.
— Она, не она? — пожал плечами Валентин. — Может, самим подойти?
Но девица уже направилась в их сторону. Правда, шаги у нее были не слишком уверенные. Подошла, вяло спросила:
— Это вы ищете Соню?
— Да, мы, — кивнули одновременно.
— Деньги принесли?
Следователь Жуков достал заранее приготовленный конверт. Девица схватила его жадно, открыла, достала деньги и начала пересчитывать. Пальцы у нее заметно дрожали. «Наркоманка», — подумали оба и переглянулись.
— Все в порядке, — кивнула девица.
— Да вы присаживайтесь, — Валентин подвинулся, определяя ей место рядом, между собой и следователем Жуковым. Девица замялась:
— Я просила: никакой милиции.
— Мы Сонины друзья, — сказал Олег. — Хотим ей помочь. Она больна, нуждается в помощи. Ушла из больницы без денег, без документов. Вы знаете, где она?
— Да. Знаю, — кивнула девица. И неуверенно продолжила: — Там же, где и в прошлый раз.
— Что значит, в прошлый раз? — насторожился Валентин.
— Ну, месяц назад. То есть, месяц назад ей удалось сбежать. Я знаю ее год. Может, чуть меньше. Не знаю, где она была раньше, до того, как к нам попала. Соня говорит, что сбежала из дома два года назад. А я знаю ее год.
— Куда это к вам? — раздраженно