Черные флаги Архипелага

в рога. Жуткое зрелище…
Тут же все было мило и привычно, актеры играли отменно, Катарина после изощренных забав Петруччо поняла, что к чему, все переженились и все закончилось хорошо.
– А мне понравилось – сообщила мне Вика в машине, которую я поймал у театра (на своей я не поехал, поскольку пойти в подобное заведение и не употребить там в буфете соточку коньяку, это преступление против сути мужской) – Вот ведь как интересно выходит, Шекспир писал столько веков назад, а ведь по сути ничего не изменилось. В человеческих отношениях я имею в виду.
– Так и люди изменились мало – сказал я. – Поскреби любого из нас – тот же человек, что и тысячу лет назад, только одежда другая, да методы истребления себе подобных более совершенные. Природа же человеческая не меняется по своей сути.
– Квартирный вопрос только нас испортил очень – хихикнула Вика. беря меня под руку и кладя голову мне на плечо.
– С этим я вовсе спорить не буду – согласился с ней я.
Выйдя из машины я с удовольствием вдохнул морозный воздух, пахнущий скорым снегопадом – угадал я похоже с изменениями погоды, к ночи порядком похолодало, и подал руку Вике, выходящей из салона.
– Мне те парни не нравятся – шепнула мне она. кивнув подбородком в сторону подъезда.
Я бросил быстрый взгляд в указанном направлении. И впрямь, у дверей стояли четыре темных фигуры, причем достаточно массивных.
«Никак братец Эльки оклемался и мстить решил?» – подумал я, с некоторой грустью проводив машину, мигнувшую на прощанье фарами.
– Может ну его, не пойдем домой? – пробормотала Вика.
Я хотел ей сказать, что идея конечно продуктивная, при это на вокзал я идти ночевать я тоже не хочу, с другими же вариантами туго, но не успел.
– Никифоров? – раздалось от подъезда. – Харитон?
Плохо дело, как это не грустно, угадала моя девочка, по мою душу пришли эти здоровячки. И главное ведь лоси какие, мне с такими махаться – как заднеприводному в день десантника в парке Горького «Голубую луну» петь – шансы уцелеть даже не нулевые, они в минус уходят. Ну, стало быть, теперь у меня только одно важное дело осталось, до того момента, как меня месить начнут.
– Когда меня бить начнут, сразу беги отсюда быстробыстро, и без криков «Помогите» – заметив, что фигуры двинулись к нам шепнул я, передвигая ее за свою спину. – Просто беги и все.
– Я… – пискнула Вика.
– Ты не ответил – спрашивавший подошел к нам. Благодаря фонарю, под которым мы стояли я увидел, что это был довольно молодой мужчина, с холеным лицом и очень неприятным взглядом, у него глаза были какието… Мертвые, что ли?
– Ну, а если и я, то что? – жестко спросил я. – Ребята, я вас не знаю, что вам нужно?
Трое остальных негодяев в капюшонах, скрывавших лица, начали обходить меня с боков, и вот это было хреново. То, что меня свалят быстро – это к бабке не ходи, но теперь и Вика могла не успеть подорваться. Надо было бить этого гада, пока колечко не замкнулось. Мне еще батя говорил «Нет выхода – бей в нос, а лучше по шарам, даже если отбуцкают потом, то не так обидно будет». А батя в этом понимает.
– Тебе давали время на то, чтобы ты как следует подумал над сделанным тебе предложением. Каков результат?
Ааа. Вот откуда ветер дует. Странно, вроде говорили, что диалог неагрессивный будет, бескровный. Стало быть, одни соврали, другие ошиблись, а я лоханулся. Когда из больницы выйду, надо будет у Азова травмат выпросить или еще чего такое. Ладно, теперь главное, чтобы Вику не тронули.
– Слушай, на улице холодно – уставился я в глаза холеного. – А девочка моя вон в какой обуви, не застудилась бы. Может, она пойдет, что ей до наших разговоров?
Холеный улыбнулся.
– Дай правильный ответ, подпиши коекакую бумажку, и вы оба пойдете домой, целые и невредимые.
– А если нет? – я покачался на носках, изображая раздумья и немного отставил правую ногу назад.
– То придется тебе привести ряд доводов…
Я выбросил правую руку вперед и мой кулак влепился в нос собеседника, из которого моментально брызнула кровь – нос же, чуть задень и пошла юшка. Сразу после этого я подался назад, оттолкнув здоровяка, перекрывшего Вике путь к отступлению.
– Беги, дура – заорал я, и тут же получил справа удар в скулу, слева удар, явно с размаху и ногой в пах и еще ктото приложил мне носком ботинка под коленку.
Упав на асфальт на колени я услышал цоканье Викиных каблуков, она меня послушала и задала стрекоча. Нет, всетаки она у меня молодец, послушная. Ну, а теперь…
– Да пусть бежит – услышал я. – Пока она нам не нужна.
Меня еще пару раз пнули, явно злобствовал холеный, поскольку я слышал шмыганье, после сгребли мои волосы, и голову задрали вверх. Я ухмыльнулся.
– Чего лыбишься, да, убежала она сейчас, так