Черные флаги Архипелага

золотой песок прибрежной полосы, зелень джунглей за ней, одинокий корабль со спущенными парусами, покачивающийся на волнах – сплошная романтика. Мечта тринадцатилетнего подростка, грезящего о приключениях и подвигах.
Стоп. Одинокий корабль? А где еще три корабля?
– А остальные суда где? – удивленно спросил я сидящего рядом Якоба.
– Кто их знает – шмыгнул носом тот. – Может потонули, может нет.
– Да что тут былото? – непонимающе заорал я.
– Чего шумишь? – Калле спрыгнул в лодку – Шторм был, ты не помнишь, что ли? Как натянуло вчера днем туч, так почитай до третьих склянок нас и крутило в волнах. В результате мы тут, а где все остальные – кто его знает. Пятерых за борт смыло. Мы думали – и тебя тоже.
Лодка ходко пошла к берегу, хмурые корсары крутили веслами – им явно не хотелось идти в эти джунгли.
– И как же теперь? – озадачился я. – Как узнать – живы они, или нет? И вообще?
– Наверняка есть какоето место общего сбора – сказал Якоб нам. – Мы просто его не знаем, и как по мне, так это не слишкомто честно. У меня друзья на корабле Ле Морта были, волнуюсь за них очень.
Калле с удивлением посмотрел на Якоба, но промолчал.
– Слушай, Красавчик. – Якоб пододвинулся ко мне поближе. – Ты бы спросил у капитана, где мы с ними встречаться будем, может это недалеко отсюда, и попадем мы туда скоро. У меня душа тогда успокоится.
Както все это очень коряво звучит. И странно.
– А сам чего? – грубовато спросил у него я. – Возьми, да и спроси.
– Мне она не скажет. – Якоб почесал бок сквозь фуфайку, которую гдето добыл за этот день и натянул на себя. – А ты у нее любимчик, тебе все можно.
Ну да, любимчик…
– Ты где был, мерзавец? – накинулась на меня, как только заметила Дэйзи. – Я думала, ты сдох, но сейчас вижу, что это не так. Ладно, это поправимо. Просперо.
Знакомый мне негр с колотушкой подошел к ней.
– Вбей этого поганца в песок по пояс – скомандовала Дэйзи, показав на меня рукой. – Чтобы знал.
Просперо захохотал во все горло.
– Капитан, убить вы меня всегда успеете – примирительно сказал я Дэйзи. – Пошли в джунгли, день не бесконечен.
– Ладно, Красавчик капитан погрозила мне пальцем. – Еще поговорим.
– Паршивое место. – Тревис огляделся. – Ох, паршивое.
– И наверняка здесь есть малярия – отметил интеллигентного вида корсар, известный всем как доктор Ник. Калле мне говорил, что раньше он был вполне себе состоятельным врачом на одном на островов, но спутался с женой губернатора, и в результате занял место судового врача на кораблях старика Ингленда. Вот так, не трожь жен губернаторов, это может выйти боком.
– Ну, до этого не должно дойти – капитан Ингленд. – Мы же тут не поселиться собираемся. Заберем костыль – и назад. Бусы взяли?
– Взяли. – Тревис показал на двух корсаров, которые держали в руках плетеные корзины. – С запасом.
– Тогда вперед – скомандовала Дэйзи и несколько пиратов с мачете наперевес отправились прорубать нам тропу в густой растительности.
– А мы точно идем туда? – спросил я у Калле, идущего впереди меня, и ступая по обрывкам лиан и еще какихто экзотических растений. – Как по мне – наугад топаем.
– А нам все равно куда идти. – Калле прихлопнул какуюто летающую дрянь у себя на щеке. – ТонгоЛепа нас сами найдут. Остров тут конечно огромный, это да, но эти смуглые демоны всегда знают, что здесь происходит. Да вот, уже началось.
Гдето, не слишком далеко от нас, раздались ритмичные гулкие удары, явно ктото лупил в барабан. Чуть погодя ему ответил еще один, и еще один. Да, про нас явно уже знали.
– Вот теперь главное, чтобы с нами захотели говорить – с небольшим испугом в голосе сказал Якоб, идущий сзади. – А не просто перебили одного за другим отравленными стрелами.
– Не должны – без особой уверенности ответил ему Калле. – С чего бы?
– У местных дикарей есть определенные дни, когда чужаки не должны ступать на их землю – поддержал разговор доктор Ник, идущий чуть впереди нас. – Это связано с их религиозными верованиями. Вот тогда они чужаков поймают, парализующим ядом отравят и к себе в деревню несут. С криками, песнями, и восхвалениями богов за их щедрость.
– И что там делают с чужаками? – поинтересовался ктото из корсаров.
– Едят – доктор Ник чихнул. – Они же каннибалы, дикие люди. Вот эдак возьмут, засунут человека в мешок, из травы сплетенный, дубинками его побьют, чтобы мясо было мягче и сочнее, и на вертел. Никакой культуры.
– Ну да, надо ставить в печь, чтобы человек сварился, поскольку жареное вредно – язвительно заметила Дэйзи. – Ник, ты мог сказать об этом раньше?
– Мог – согласился доктор. – Но я думал, что это всем известно, так чего зря языком молоть?
Мне, если честно,