Черные флаги Архипелага

я. – А что будет потом… Да какая мне разница, я во все эти страсти про Высший суд и прочее такое вообщето не верю. Вот скажите мне – там и вправду чтото есть?
«Черт, какую статью можно забабахать!» – проснулся во мне журналист. Конечно это никто не напечатает. Скажут, что чернуха, фуфел, совсем исписался и посоветуют попробовать поработать с желтой прессой. Опять же, хозяева посмеются…
– И не подумаю вам ничего рассказывать – совершенно неподобающе для своего положения фыркнул хозяин кабинета. – Не хватало только этого еще.
– Ну вот – я торжествующе улыбнулся. – Стало быть, нечего вам сказать.
– Совет. – Игорь Иванович нахмурился. – Мне говорили, что вы довольно дерзкий и непредсказуемый человек, но всетаки постарайтесь держать себя в руках, по крайней мере в моем присутствии. Да и в целом помните, что смирение – есть добродетель.
– И еще надо подставлять другую щеку, после того, как по первой хлопнули – ухмыльнулся я. – Не мой случай. Вы уж извините, но это не по мне.
– Скажите, а вас совершенно не смущает то, с кем вы говорите? – неожиданно спросил Игорь Иванович, при этом в его глазах явно читалось совершенно искреннее любопытство, он совершенно не пытался напугать меня этой фразой.
– Вы в контексте предыдущей беседы или так, вообще, в мировом масштабе? – уточнил у него я.
– Вообще – пояснил собеседник. – Без привязки к нашей полемике.
– Да нет – пожал плечами я. – Не скажу, что это дело для меня обычное и заурядное вот так запросто говорить с личностями вашего калибра, но в кино, да и в книгах столько народу с вами уже пообщалось, что если шок коекакой поначалу и был, то сейчас совершенно уже прошел. Вон, и глаз уже не дергается.
– А ведь еще лет двести назад человек при общении со мной мог запросто и с ума сойти – с затаенной печалью сказал мой собеседник.
Двести лет назад… Двести лет назад существа подобного толка не становились героями сериалов, комедий и порнофильмов. Я уж молчу про книги и комиксы…
– Скажите, а как вас на самом деле зовут? – полюбопытствовал я. Собеседник показал глазами на весы, но я помотал головой. – Ну не знаю я, не знаю!
– Имя мне Иеремиил, я один из восьми архангелов господних, офицер воинства Господнего.
Чтото резануло мне слух в его самоописании, но сразу я не понял, что именно.
– Иерем… – я запнулся на произнесении этого крученого имени и спросил у архангела. – А можно я вас по старинке буду называть? Имя у вас конечно красивое, но язык сломать можно…
– Извольте – разрешил мне он.
Я помолчал, переваривая новость, покачал ногой и тут сообразил, что не так, что меня смутило.
– Один из восьми? Так архангелов же всего семь? Точнее шесть, и Михаил?
Знания в этих науках у меня были разрозненные и неполные, но это я знал точно – както из любопытства меня в одну секту занесло, в поисках материала для статьи, так там про это самое воинство божье подробно рассказывали.
– Нет, нас восемь, просто меня не часто упоминают в священных книгах – без злобы и раздражения сообщил мне архангел. – Ибо миссия моя скромнее, чем у остальных.
– А какая у вас миссия? – немедленно спросил я.
– Не ленись и посмотри сам в этом вашем интернете – осек меня архангел. – Человек должен трудиться.
А потом удивляется, почему мы такие беспамятные. Нравоучения нынче никому не нужны, учить это вообще самое простое, а особенно просто другим морали читать.
– Сейчас вы обо мне подумали плохо – в глазах архангела плеснулась печаль. – А зря.
– Блин, вы мысли читаете что ли? – возмутился я. Одни в моей башке с помощью программы шарятся, этот вон вообще Вольф Мессинг крылатый…
– Вовсе нет. – Игорь Иванович улыбнулся – У вас все на лице написано.
Я насупился – вот уж не думал что я такой предсказуемый.
– Да ладно – хмуро пробормотал я. – С вашимито возможностями.
– Все наши возможности придумали вы, люди, а на самом деле не так их и много. Точнее, их много, но мы не можем ими пользоваться здесь, внизу. Мы не можем читать мысли, мы не можем убивать силой взгляда, и перемещаться в любую точку планеты мы тоже не можем. У себя, там, мы всемогущи – но не здесь. Есть правила, которые невозможно обойти, это грозит нам утратой своей сущности.
– Только вам? – уточнил я.
– И моим извечным врагам тоже. И поэтому мы действуем теми методами, которые нам присущи – наше оружие это слово и убеждения, а мои оппоненты используют деньги и игру на низменных инстинктах рода людского.
– То есть вы не можете причинять вред людям? – слегка ошарашенно спросил у него я.
– Не совсем так – архангел покачал головой. – Тут очень важный аспект – что именно считать вредом. Вот вас, например, купили…
– Чего это! – возмутился было я, но замолчал,