Черные флаги Архипелага

никакие клятвы – с небольшой поспешностью ответил архангел. – Нам нужно искреннее желание прийти к свету, идущее от души. И если вами от души будет предложена помощь – мы с радостью ее примем.
– Какая помощь? – я вытаращил глаза и изобразил неимоверное внимание.
– Консультации по игре, ответы на коекакие вопросы, может, изредка коекакая помощь нашему игроку.
– О планах «Радеона» можно рассказать – поддел его я.
– Нет, это нельзя – с легкой печалью ответил архангел. – Это претит правилам большой игры.
– Вот жалость! – продолжал развлекаться я. – А на какие вопросы ответы нужны?
– Например, где вы сейчас находитесь в игре – немедленно спросил архангел. – Мы знаем, что вы ней присутствуете, но не можем вас найти.
– Если я сочту возможным вам это сообщить, я это немедленно сделаю – заверил я его. – Сразу же.
– То есть сейчас вы этого делать не желаете? – уточнил архангел.
– Не желаю – подтвердил я.
– Жаль, я считал, что мы поняли друг друга – опечалился посланец небес.
– Правильно считали – ответил ему я. – Друг друга мы поняли, но моя воля пока такова.
– Вы делаете ошибку, серьезнейшую и возможно непоправимую – архангел напомнил мне памятник, который я видел на одной из могил Старого Донского кладбища – ну прямо вселенская скорбь во плоти. – Это же не пустяки, это ваша душа.
– И моя жизнь – резко ответил я. – А как мне жить – решать только мне.
– Тогда не смею вас более задерживать – тон архангела както резко поменялся, из голоса ушли елейные нотки. – И вот еще что – полагаю, если я, или ктото из моего руководства захочет вас увидеть, вы не ответите нам отказом?
– Не вижу причин для него – тут ерепениться не стоило, это могло выйти боком.
– Всего доброго – архангел уставился в монитор, стоящий у него на столе, имитируя деятельность большого начальника.
Дверь в кабинет открылась, на пороге стоял тот тип, что сидел в приемной на стуле.
– А у меня два вопроса еще есть – я все равно ничего не терял, так почему бы не узнать интересующие меня детали?
Игорь Иванович оторвал взгляд от монитора и уставился на меня.
– А вот тот Ерема, с которым я сюда приехал, он кто?
– Пророк – лаконично ответил архангел.
– Вам пора – прозвучал глубокий голос – это был охранник.
– Да знаю – отмахнулся я. – Сейчас. Скажите, Иеремиил (удалось повторить!), мой работодатель – это тот, о ком я думаю? Я видел у него на полке кувшин, этот тот самый кувшин?
– Да, это тот кувшин, в котором Сулейман ибн Дауд запечатал его много веков назад, и из которого он всетаки выбрался. Впрочем, Велиала даже такие вещи, как печать царя царей, не удержат, как это не печально. Прощайте, Харитон, надеюсь в нашу следующую встречу вы будете умнее и сговорчивей.
Охранник провел меня по коридорам к выходу, но выйдя из здания, машины Еремы я не увидел.
– Мелочно – сказал я вслух. – Вот же сволочи!
С неба посыпалась какаято мокрая труха – снег не снег, дождь не дождь, но мерзкая донельзя.
Я поднял воротник, закурил и побрел по улице вслед за народными массами – это старый проверенный способ – иди туда, куда идут все и раньше или позже ты придешь к метро.

Минут через десять, когда я уже порядком промок (надо отметить, что сильнее всего одежда отсыревает не во время ливня, а именно при вот такой хмари, когда вроде бы и не сильно льет, но при этом с тебя капает, как с невыжатой половой тряпки) на горизонте показался столб с буквой «М».
– Хвала небесам! – пробормотал я и осекся – эта фраза теперь звучала довольно двусмысленно.
Тут моего носа коснулся очень знакомый и крайне приятный запах. Я повертел головой и увидел небольшой домик с надписью «Чебуречная „Олимпиада“»
– Вот! – я даже подпрыгнул на месте. – Вотвотвот!
Какаято девушка, проходившая мимо, опасливо на меня покосилась. Ну, оно и понятно – ни с того, ни с сего человек подпрыгивает и чтото под нос бормочет, кто его знает, что у него на уме…
Я бодро двинулся к домику, из который просто лился аромат теста и мяса, заставивший мой желудок издать пару протяжных трелей.
Внутри все было очень пристойно – чистенько, аккуратненько, народу было немного, бомжей и синяков видно не было, да и вообще – видимо, названо заведение было не в честь не той, давнишней летней олимпиады, а зимней, которая случилась не так уж давно, поскольку декорирована она была не зеленых, а в синих тонах.
– Два с мясом, два с сыром и кофею – сообщил я плотной даме, стоящей на раздаче, через несколько минут был облагодетельствован подносом с вышеназванным заказом, причем чебуреки