Черные флаги Архипелага

сменился просто снегом – наступил вечер, температура упала и с неба полетели здоровенные мокрые хлопья, которые хлопаясь об асфальт сразу же превращались в капли воды. Тем не менее, это был первый снег этого года. Однако, зима наступает, время доставать сапоги из шкафа…
– Ты где ходишь? – дома меня встретила обеспокоенная Вика.
– Там – не стал я вдаваться в подробности, стягивая мокрый плащ.
– Там – где? – настырничала Вика, забирая плащ и унося его в ванную.
– На улице – пояснил я, проходя в комнату и доставая из секретера ключи от машины, которые когдато вручил мне Валяев.
– Весь промок – она заглянула в комнату. – Не простыл бы. Может чайку или сразу ужинать?
– На, держи – я аккуратно кинул ей ключи от машины. – Авто на парковке «Радеона», завтра уточню где точно. Но вопрос с его перегоном на стоянку решай сама, я на таких бибиках не езжу, мне в них тесно.
– Зачем ты так? – Вика держала ключи на ладони, губы у нее подергивались, глаза заполнялись влагой. – Ну зачем?
– Как так? – немного ернически спросил я. – Ты днем задала мне вопрос – где ключи, почему они до сих по не у тебя? Так вот они, а днями и документы оформим, я завтра Марине позвоню, она мне какогонибудь радеоновского юриста даст, он все сделает.
– Марине? Это какойтакой Марине? – дрожание губ моментально прекратилось, глаза сузились. – Этой облезлой кошке преклонного возраста?
– Стопстоп – я поднял руку, останавливая тот текст, который, похоже, Вика собиралась выдать в адрес Вежлевой. – Давай не будем с тобой устраивать кинематографические сцены, мы всетаки нормальные взрослые люди и можем решить наши вопросы путем спокойного обсуждения сложившейся ситуации.
– Мне страшно – неожиданно спокойно сказала Вика. – Ты говоришь нехорошо сейчас, неправильно. Не пугай меня, ладно?
Я проигнорировал ее реплику как неконструктивную.
– У тебя есть толковый юрист? Нет? У меня его тоже нет, а в «Радеоне» их наверняка целая стая. При этом я точно не стану по этому поводу тормошить Зимина или Азова, а вот Марину – запросто. Тем более что мы с ней….
«Дзииинь». Ключи полетели в угол, Вика же стояла, глядя на меня, без улыбки и без дрожащих губ. Взгляд ее был острый и жесткий, как у рапириста на дорожке перед решающей схваткой.
– Вот ты умный, умный, а какой дурак. Да мне не нужна машина, мне не нужна карьера, мне вообще ничего не нужно в последнее время, мне другое нужно. И я сама не знаю, откуда и почему из меня лезет вся эта дурь, ну не знаю я… Просто все эти Шелестовы, Вежлевы… Да чтоб им пусто было, да и тебе тоже!
Вика издала какойто горловой звук, и вышла из комнаты, через секунду хлопнула дверь ванной комнаты.
– Вот поэтому, я иногда и сомневаюсь, а стоит ли жениться во второй раз – сказал я сам себе тихонько и пошел на лестницу – курить.
Когда я докуривал вторую сигарету, дверь квартиры тихонько скрипнула, в проем просунулась голова Вики.
– Ты здесь? – улыбнулась она. – Правильно, нечего на балконе уже курить, там мокро и холодно. Пошли есть.
Нет, всетаки она не совсем дура, очередной хороший ход, надеюсь и выводы сделаны верные. Ну и мы будем соответствовать, раз обнуляем данные, значит обнуляем. Вот только есть я не хочу…
– Вик, только сегодня порцию поменьше – затушил я сигарету в банке, привернутой проволокой к перилам.
– С чего это? – удивилась она.
– Чтобы достаточную прыть после еды продемонстрировать – подмигнул ей я.
Вика зарделась, оглядела лестничную клетку и с невероятно довольным видом тихонько ругнулась –
– Фу, дурак!
Ключи лежали в секретере, там, откуда я их и достал – я залез в него сразу после того, как совершенно уже умиротворенная Вика отправилась на работу, шепнув мне перед этим на ухо «Прости дуру». Детский сад, будто я строгий учитель, который рассердился за то, что уроки не сделаны. Прав тогда был Зимин, во всем прав…
Волны бились о причал, кораблей нынче у него было понаставлено ох сколько много – видно, популярен этот остров среди берегового братства, коли вон еще три судна у входа в бухту лавируют, лавируют, да все никак не вылавируют.
– Послушайте, ну что вам стоит переставить вашу шхуну? – у потрепанной ветрами посудины стояла очень и очень красивая девушкаНПС в кокетливой маленькой треуголке, в колете в талию, и с очень хорошей фигурой и, жестикулируя, убеждала когото на борту вышеупомянутой шхуны в своей правоте. – Вы встали у пирса так, что больше ни одно судно не может тут встать, а если вы переставите свой корабль вон туда, то здесь еще два смогут якорь бросить. Ну, давайте же уважать друг друга.
– Э, слюшай, ну тэбэ какое дэло, а? – возражал ей горбоносый корсар в жилетке, одетой на голое и невероятно волосатое тело и в пестрой бандане. –