Черные плащи

— не на пулемет же? Хотя тут горы… Если хорошо знаешь местность, то, наверное, можно попытаться уйти.
Ну вот! Повстанец оказался не так-то прост! Заметив врагов, он мгновенно выпрыгнул из-за камня и бросился в яму — в ту же, куда упал парнишка.
Снова прогрохотала очередь, но не причинила этим двоим никакого вреда. Что же их всего двое, включая того упавшего парня? Выходит, что так… Ай-ай-ай, скверные тут дела делаются! Нехорошо…
Усмехнувшись, Александр осторожно выдернул из ножен меч, подобрался поближе к краю карниза и, дождавшись следующей очереди, прыгнул прямо в пулеметное гнездо.
Весь пулеметный расчет — двоих — Саша успокоил сразу, те и опомниться не успели, как захлебнулись собственной кровью. Жестоко? Ну а что было делать? Подставляться под пули или сдаваться? Молодой человек не строил бесполезных иллюзий — здесь, в незнакомой местности, его бы, несомненно, поймали.
А так хотя бы появлялся шанс…
Повстанцы тем временем выскочили из ямы, побежали, петляя, как зайцы; «черные плащи» — за ними. Один обернулся к пулемету, махнул рукой, прося огневой поддержки…
Что ж — вот вам!
Ухмыляясь, Александр поймал его на мушку и плавненько потянул спусковой крючок. Пулемет дернулся, загрохотал…
А теперь — так же плавно — повести стволом… Ага…
«Черные плащи» оказались не полными придурками. За полминуты потеряв больше половины личного состава, они сообразили: что-то пошло не так. Затаились, потом мелкими перебежками бросились прочь, похоже, к озеру. Саша попытался их достать, но тщетно — парни явно были обучены передвижению под пулеметным огнем. Нет, все же одного подстрелил, скорее всего, ранил. Да их и осталось-то всего трое… ага! Вот скрылись за скалою… ушли. Вернутся с подкреплением? А черт их знает…
Зато эти, повстанцы, уже обходили пулеметное гнездо слева, таясь за россыпью крупных черных камней. Ну вот, не хватало еще упустить и этих, снова остаться здесь одному… Ну уж нет, дудки!
— Эй, парни, давай сюда! — Поднявшись во весь рост, Саша, забывшись, закричал по-русски. — Давай, давай, пока те не опомнились.
Парнишка вдруг замедлил шаг, остановился… И весело отозвался:
— Сальве, мой господин! Вот уж не ожидал тебя здесь встретить!
— И я тебя. — Александр был удивлен не меньше. — Ты-то что здесь забыл, соломенная башка?
— Как что? Ищу свою сестру, вышивальщицу. Я ведь узнал у Исайи, что она здесь.
— Ой, дурак, ой, дурень… — Молодой человек только головой покачал. — И куда ты только сунулся?
— Смотрю, вы знакомы…
Тот, второй, уже сидел у самого пулемета — только руку протянуть.
— С Мартыном-то? Да уже встречались. — Саша машинально ответил по-русски…
Так ведь по-русски же и спросили!
— Слушай…
Повстанец вдруг привстал, внимательно вглядываясь в Александра. Это был крепыш с круглым, уверенным в себе лицом, этакий браток… Браток! И тут же отпрянул, захохотал, запрокинув голову…
— Господи… Ну надо же! Можно спросить кое-что, не обидишься?
— Спрашивай… — Саша уже знал, что сейчас услышит.
— Слышь… Ты зачем собачке моей голову-то тогда отрубил, а? Совсем уж беспредел, однако!

С Мартыном все было более-менее ясно: действительно, шел парень выручать сестру, да попал как кур во щи. Его и выдали при обмене за молодого повстанца, захваченного месяцем раньше и, увы, давно уже скончавшегося от страшных пыток. Все равно «черные плащи» затягивать этот обмен явно не собирались — на что тогда пулемет?
А вот Паша, иначе Павел Сергеевич Домушкин, некогда известный в узких кругах под прозвищем Паша Домкрат, нахальный Сашин сосед, этакий карикатурный новый русский, ходячий герой анекдотов и сплетен из желтых газет… Этот-то как оказался в повстанцах?
— Да как, как! — Паша по пути «на базу» разговорился, видно было — давненько ему не представлялось случая почесать язык. — Жопой о косяк! Извини, вырвалось… Короче, козлы они тут все оказались, беспредельщики полные! Хорошо, я один, без семьи, сюда явился. Просто так пока — осмотреться немного.