«- Черный, без сахара…»

Сердце опять, как и в прошлый раз в его объятиях, пустилось вскачь, и не имелось способа совладать с желанием ощутить вкус этой ленивой и протяжной улыбки Тараса. Она хотела, чтобы он ее поцеловал. Мамочки!
Руки дрожали, а горячая краска уже проступила на щеках.
А значит, стоило переключиться на что-то иное для сохранения собственного достоинства и душевного равновесия.
Хрипло прошептав «спасибо», куда-то в район плеча своего спасителя, на что тот только протяжно хмыкнул, Надя повернула голову к крестнику, все еще хихикающему и сидящему на полу около их ног.
— Лешка! — требовательно окрикнула она малыша уже совсем другим голосом. Правда, ей пришлось прочистить горло. — Ты что это устроил, — потребовала Надя ответа у крестника, который поднял на нее невинные глаза.
Бесенок маленький!
— Ты зачем мне подножку сделал?! — еще требовательней вопросила Надя. — Вот обижусь, и не буду больше с тобой танцевать! — пригрозила она, не замечая, что все еще стоит посреди зала, вцепившись в Тараса, а тот не делает никаких попыток отпустить ее.
Лешка опять хихикнул.
Но, бросив взгляд на хмурящуюся через смех мать, и, возможно, испугавшись угрозы, развел руками с растопыренными пальцами на маленьких ладошках.
— Дядя смотлел на тебя, как на конфетку, — все еще смеясь и ленясь из-за этого выговаривать букву «р», пояснил он. — Вот я и лешил дать ему повод до тебя дотлонуться и облизать, — мальчуган пожал плечами. — Так вы будете ее целовать? — спросил он, уже повернувшись к Тарасу.
Надя, кажется, стала совсем пунцовой.
Закусив губу, она повернулась к Тарасу, не имея представления, что именно он думает об этом всем.
И поняла, что зря обернулась.
Любые здравые мысли пропали, стоило ей увидеть выражение его глаз, которые сейчас казались темными, поглощающими ее своей глубиной, хоть губы и продолжали спокойно улыбаться.
— А парень умен, — тихо и сипло протянул Тарас, а его губы улыбнулись еще шире. — Правду говорят, что дети растут теперь быстрее.
Голос мужчины, полный усмешки, звучал хрипло, низко. Так, что каждая жилка внутри Нади начала дрожать.
— Может и правда последовать совету, будет мне награда. Что скажешь? — ни единым жестом он не выдал, что этот вопрос подразумевает что-то большее, помимо обычного подшучивания.
Вот только контур напряженных мышц на висках Тараса не вкладывался в картину насмешливой безучастности, которую он так старательно пытался показать. И глаза, что казалось, затягивали волю Нади внутрь существа Тараса.
Она открыла рот, даже не зная, что сейчас скажет.
Люди, подруги, крестник, все отошло на второй план, потерявшись вне пределов этого взгляда и гипнотической улыбки на губах, так манивших ее.
В конце концов, наградить поцелуем своего спасителя казалось не такой и плохой идеей.
Будто ощутив ее размышления, лицо Тараса еще ниже склонилось к ней…
— Тарас! — Андрей, возникший за его спиной, с такой силой хлопнул друга по плечу, что даже Надя ощутила толчок. — Привет! Что ты тут делаешь? — весело спросил он.
Но внезапно немного растерянно нахмурился, оценив их положение.
Надя почувствовала, как сильнее напряглось тело Тараса, прижатое к ней.
А потом он медленно выпрямился, отстраняясь от нее, и опустил ладони, разрывая объятия.
— Да вот, — Тарас повернулся к Андрею, протягивая руку для пожатия. — Своего страхового агента ловлю, — легко произнес он, чуть пожав плечами.
И только Надя, все еще находившаяся к нему ближе всех, услышала, как Тарас тихо добавил: «во всех смыслах ловлю», и с усмешкой бросил на нее искоса взгляд.
Честно говоря, и без этой оговорки, у Надежды едва нашлись силы, чтобы относительно твердым голосом ответить на приветствие Андрея, который уже повернулся к ней. И потому она с огромной, непередаваемой благодарностью вцепилась в чашку с макьято, всунутую ей в руку незаметно подошедшей Натой.
Тарасу досталась от хозяйки вторая чашка, в которой Надя определила простой черный кофе. А еще, ей было приятно отметить, что не только ее пальцы, судорожно вцепились в керамику, как в последнюю опору.
Пока они пили, Наташа незаметно отвлекла внимание Андрея на себя, с суровым выражением лица выясняя, почему тот не привез с собой ее мужа? Андрей же, притворно испугавшись, пообещал, что Слава подъедет через двадцать минут.
Тогда хозяйка сменила гнев на милость, и попросила официанта приготовить кофе и для Андрея. Они все направились к столу.
Только после третьего глотка Надежда ощутила себя достаточно уверенной, чтобы ответить на вопрос «что же произошло?» друзьям.
Правда, опустив детали про конфеты и поцелуи