«- Черный, без сахара…»

горло. — А меня там не будут все разглядывать? — напряженно поинтересовалась она, имея опыт поездок в село с Натой.
Люди в селах, практически не имеющие развлечений, всегда оказывались падки на новые лица, а уж если она приедет с Тарасом на его «историческую родину» — внимания явно не избежать.
Тарас улыбнулся.
— Ты что, боишься? — растягивая слова, поинтересовался он, притянув ее еще ближе к себе, и заставил запрокинуть голову, обняв лицо ладонью.
— Чуть-чуть, — закусив губу, призналась она.
Тарас рассмеялся. А потом наклонился и жадно поцеловал ее. Не как в кабинете, а поглощающе, страстно. Так, что Надя позабыла, что они стоят посреди холла, и едва не застонала. Ну разве такому мужчине можно сопротивляться?
— Не бойся, — отстранившись, он провел губами по ее скуле. — Если не хочешь, мы можем вообще не заезжать в село. Мой дом за пятнадцать километров от него стоит. И там есть объездная дорога, — жарко прошептал Тарас, уже целуя ее кожу за ухом. — Просто я хочу, чтобы ты поехала со мной, Надя, пожалуйста. Я хочу провести эти дни с тобой. Целиком, полными сутками, — его хриплый шепот заставлял поджиматься ее пальцы в туфлях. А по коже разбегались мурашки, отдаваясь искрами в позвоночнике.
Она, совершенно точно, не имела резервов, да и причин для отказа. И потом, с недавнего времени Надя поняла, что будь ее воля — она бы проводила с Тарасом все свое время. И то, что и у него появилось такое желание — безгранично радовало. Может быть, Наташа права? И дело не только в сексе?
— Хорошо, — едва найдя силы, она кивнула. — Я согласна.
Тарас будто бы расслабился и как-то даже облегченно выдохнул.
— Спасибо, — просто прошептал он, и опять поцеловал ее в губы. — А теперь, пошли пить кофе, — уже в своем привычном состоянии духа, он потянул ее к выходу.
«Наверное, Тарас просто волновался из-за этого приглашения», с удивлением осознала Надя.
Впрочем, это было не удивительно. В конце концов, что-то такое изменение в их обычном времяпрепровождении, да значило.
Осознав, что думает об этом с радостью, Надя довольно поспешила за ним. Но не могла не поморщиться, когда они, так и держась за руки, вышли из прохладного холла в июльскую жару.
Тарас не мог понять, что ощущает в большей степени — раздражение, злость на себя, или облегчение, что Надя так и не спросила, зачем ему понадобился семейный адвокат.
Иисусе! Последние несколько дней, Тарас чувствовал себя так, будто его тянуло в разные стороны, разрывало на части противоречие, виновником которого являлся он сам.
Если бы тогда, занимаясь с ней сексом на кухне, он знал бы, что это перерастет в нечто… не большее, нет.
Кардинально иное…
Если бы Тарас знал — он бы сразу рассказал Наде все, как есть.
Во всяком случае, так ему сейчас казалось.
Только кому дано знать, что ждет человека в будущем?
И тогда…, тогда Тарас не думал, что их секс, несмотря на всю бесподобность, будет иметь что-то после себя. А он не привык рассказывать всем девушкам, с которыми встречался, подробности личной жизни. Во-первых, потому что не считал это существенным, в случае нескольких встреч. А большего ни разу за эти года не случалось.
Ну и во-вторых, после всего, Анька вызывала в нем такую антипатию, что сознание, помимо его воли, будто бы блокировало мысли о «жене», и Тарас достаточно редко вообще вспоминал о наличии той.
Да и просто, не хотелось часто думать о такой своей дурости.
Раньше не хотелось.
Теперь же он думал обо всем этом постоянно.
И не знал, что делать. Просто не знал.
Тарас реально отдавал себе отчет, что если бы Надя не имела для него значения, или оставалась в категории случайной связи — он бы даже не переживал по этому поводу.
Но она уже имела значение. Большое значение. И ее мнение, ее отношение — стали важными для него.
Он не соврал, когда сказал ей в кабинете, что соскучился. Тарас и сам удивился, когда понял это, и постарался быстрее закончить все дела.
Впрочем, понимание того, что его отношение к этой женщине стало более глубоким, многогранным пришло к нему не сегодня.
Нет, не давно. Они-то и встречались всего месяц.
И кстати, через два дня — у них, можно сказать, первый «юбилей». Тарас надеялся, что его они и проведут на речке. Но, тем не менее, несмотря на такие недолгие отношения — Наде удалось сделать то, что не удавалось за последние несколько лет ни одной девушке. Только Анька, когда-то давно, вызывала в Тарасе нечто подобное, если он правильно помнил.
Да и то, не так. К его чувству к Анне всегда примешивалась обида, что выбрали не его. Вечно присутствовало желание доказать, что он, все-таки, лучше.
А с Надей… с Надей все было иначе. Ей