«- Черный, без сахара…»

Он женат! Ты же слышал, что мне Надя сказала!
— Слышал, — согласно кивнул Алексей.
А Тарас непонимающе следил за этим разговором, пытаясь разобраться, с чего это Алексей решил встать на его сторону. Явно не потому, что понимал побуждения Тараса, заставившие его обмануть их подругу.
— Так о чем с ним говорить, Леш? — Лена возмущенно фыркнула.
Алексей вздохнул, но покачал головой.
— Не наше это дело — судить или решать, стоит ли им говорить, Лен. Вспомни, как за нас осудили и решили, — Тарас видел, как сильнее сжались пальцы мужчины на руке своей жены. — Я когда-то стоял по эту сторону, — Алексей махнул свободной ладонью в сторону Тараса. — Вот так же стоял перед Надей, умоляя ее сказать, где ты. И она сказала, что не знает, решив за нас. А ведь ты могла умереть тогда, котенок. Вспомни, через что мы прошли, сколько потеряли времени, только потому, что люди за нас решили, стоит ли нам говорить, — Алексей присел на корточки перед креслом жены. И Лена с такой болью в глазах смотрела на него, что трудно было не понять — Тарас еще очень многого не знает об истории этих семей, которые так тесно дружили с Надей.
Но сейчас его это мало интересовало. Только возможность увидеть Надю, поговорить с ней, удостовериться, что она в порядке — довлела над разумом Тараса.
— Не повторяй ту ошибку, Лен, — Алексей прижался лицом к ладони жены. — Если знаешь, скажи ему, где Надя. А там — пусть они разбираются. Я не говорю, что он поступил правильно. Нет. Но ни мы, ни Надя всего не знаем. Это их жизни. Не наши, — Леша посмотрел прямо в глаза Лене.
Она закусила губу и тяжело втянула в себя воздух. А потом прижалась лицом к макушке мужа, словно позабыв обо всем, что находилось вокруг.
— Я правда не знаю, Леш, — тихо прошептала Лена. — Думаю, что она пошла домой, но трубку Надя не берет.
— Я был у нее дома, там никого, — хриплым голосом вмешался Тарас. — Никто не открывает, да и тихо в квартире. И по дороге…, я несколько раз проехал туда-назад, не нашел ее, — он опять потер подбородок, начав ощущать почти отчаяние.
Лена пристально посмотрела на него, все еще продолжая обнимать мужа.
— Я не думаю, что ты поступил так, как стоило. Я не понимаю тебя, Тарас, — наконец, тяжело проговорила она, потянувшись рукой к сумке. — Но Леша прав, и я слишком хорошо помню, чего мне стоила «помощь» людей, даже несмотря на то, что они желали добра, — она что-то достала из кармана своей сумки и протянула ему. — Я действительно не знаю, где Надя. И единственное, чем могу помочь, вот, — Тарас несколько пораженно смотрел на ключ, который вложила в его ладонь Лена. — Это запасной ключ от ее квартиры. Если Надя шла пешком, то могла пойти дворами, и ты ее пропустил, — совсем другим тоном, чем в начале разговора, пояснила Лена.
Алексей в это время поднялся и серьезно, внимательно посмотрел на него.
— Я надеюсь, что ты все-таки окажешься тем парнем, каким мы тебя считали, Тарас, потому что Слава отзывался о тебе очень хорошо, — тяжело проговорил Леша, продолжая держать руку жены. — И что вся эта ситуация — только недоразумение, а не то, о чем подумала Надя. Но если ты нас обманываешь, — Алексей вперился в него хмурым взглядом. — У Нади есть друзья, которые не дадут ее в обиду. Так, просто, чтобы ты был в курсе, — мужчины смотрели друг на друга понимающими взглядами.
— Я сам никому не дам ее обидеть, и меньше всего хотел, чтобы все так случилось, — хрипло проговорил Тарас, с неистовой силой сжав в руке ключ.
— Посмотрим, — Леша кивнул, садясь рядом с женой.
А Тарас уже развернулся, направившись к выходу.
Он доехал до дома Нади за рекордные пятнадцать минут, даже не обратив внимания, что в некоторых местах дождевая вода вот-вот могла подняться до уровня дверей машины и он бы просто заглохнул.
Бросив фольксваген под подъездом, Тарас забежал на ее этаж и трясущимися руками вставил ключ в замок, промазав два раза. И наконец повернул запор, толкнув дверь.
На него сразу же пахнуло холодным воздухом. Причем настолько, что Тарас поежился, ощущая, как тут же неприятно облепила тело мокрая футболка, еще сильнее холодя кожу. С чего это у нее было так холодно?
— Надя! — крик вышел глухим, но все равно, гулко разнесся по тихой квартире. — Надь?! — Тарас переступил порог, осматриваясь и сразу споткнулся о ее сумку, с которой утром Надя шла на работу.
Значит, она дома. Но почему тогда не отзывается? Хоть бы кричала на него.
— Надя?! Ты где? — у него под ногами заиграла мелодия ее телефона.
Но на звук никто не отреагировал. Тарас ощутил, как ему становится страшно, и по коже идет мороз. И вовсе не от царящего в квартире холода.
Не могла же она сделать что-то глупое? Надя не была такой…
— Надя!? — он начал лихорадочно хлопать дверьми,