Черный рыцарь

кивнула и начала вытаскивать деревянные шпильки из волос. Когда ее косы упали ей на спину, Дрейк стал расплетать их, расправляя шелковистые пряди пальцами, пока они не накрыли сверкающими каштановыми волнами ее спину.
Дрейк приподнял волосы и поцеловал ее в шею.
— Я люблю твои волосы, — хрипло прошептал он. — Когда ты была ребенком, мне они казались ужасными. Я, должно быть, был слепым.
Рейвен вспомнила, как Дрейк насмехался над цветом ее волос, дразня ее Морковкой и другими дурацкими прозвищами. Но она не обижалась, потому что любила Дрейка с такой беззаветной преданностью, на которую способен только ребенок.
— Сними одежду. — Голос Дрейка был хриплым, с нотками нетерпения. — Я хочу тебя, моя сладкая. Сейчас. На этот раз все будет по-другому. Боли не будет, и я совсем не буду торопиться, чтобы ты успела насладиться.
Рейвен спрятала улыбку. Разве он не доставил ей удовольствие в первый раз, несмотря на боль? Неторопливо, наблюдая, как выражение восторга на его лице сменяется неистовым желанием, она начала раздеваться. Решив, что уже больше не может терпеть, Дрейк вцепился рукой в ворот нижней рубашки Рейвен.
— Нет, терпение, милорд. Я не могу позволить себе лишиться рубашки, когда у меня их так мало.
— Я заменю ее десятком новых. — Дрейк разорвал рубашку пополам и с нетерпеливым рычанием отбросил ее в сторону.
Рейвен задрожала под его жарким взглядом. Она бы могла повернуться и убежать, если бы он не схватил ее за руки и не притянул резко к себе, грудь к груди, бедро к бедру. Его жар обжигал Рейвен, распалял ее желание. Когда она почувствовала, как пульсирует его плоть, она не смогла больше скрывать охватившей ее страсти.
— Я не могу больше ждать! — Потрясенная собственным вскриком, Рейвен густо покраснела.
— Ах, сладкая моя, как меня радует твое нетерпение. Но мы не будем спешить, моя миледи. Я хочу узнать все твои секреты. — И он повалил ее на кровать.
Мысли Рейвен унеслись прочь. Его взгляд был словно огонь, обжигая Рейвен везде, где прикасался к ней. Его ладонь сжала ее грудь, губы обхватили сосок. Он втянул его в рот и сильно сжал, так что Рейвен вскрикнула. Она страстно гладила плечи Дрейка, его спину, бедра. Поросшая волосками кожа Дрейка странным образом действовала на нее, невероятно возбуждая. Его прикосновения, его запах, его вкус — все вместе доставляло ей такое наслаждение, которого она не имела права требовать. Не с этим мужчиной, который не был ни ее женихом, ни мужем.
Она сильно дрожала под водопадом поцелуев, обрушившихся на ее тело. Его рот был жарким, язык твердым; каждое его движение вызывало в ней новую волну наслаждения. Она теряла над собой контроль. Потом она вдруг почувствовала, как его губы скользят вниз по ее телу, и испугалась, что он не остановится, пока не достигнет…
— Дрейк!
Он склонился между ее распростертых ног и взглянул на нее, когда она выкрикнула его имя. Его серебристые глаза сверкнули, и он ослепительно улыбнулся ей. Потом наклонил голову и устремил взгляд на ее лоно, словно оно — лакомство, которое ему не терпится попробовать. Она едва не потеряла сознание, когда его умелые пальцы нежно заскользили вверх по ее бедру, к самому средоточию ее женственности.
И потом он прижался губами к нежным лепесткам.
Рейвен не могла ни дышать, ни думать.
— Пожалуйста. — Она не знала, что позволительно делать подобные вещи, и уж тем более не представляла, как это восхитительно.
Он остановился на мгновение и взглянул на нее.
— Мне продолжить?
— Нет… да… Я не знаю! Это грешно.
— Да, — согласился Дрейк. — Восхитительно грешно. Скажи мне, Рейвен, ты хочешь, чтобы я остановился?
Она чувствовала его горячее дыхание у нежных лепестков своего лона и боялась, что умрет, если он остановится сейчас.
— Нет, не останавливайся. Продолжай до самого конца.
Он опустил голову и провел языком по возбужденной, влажной плоти. Она хотела обнять его, но оказалось, что их пальцы переплелись, и ее руки прижаты к бокам. Его язык коснулся столь чувствительного местечка, что она вскрикнула. Потрясенная, Рейвен сильно выгнулась навстречу ему. Дрейк отпустил ее руки; они немедленно упали на его плечи, и она вонзила ногти в его кожу.
Радостное предвкушение нарастало внутри ее. Оно было таким упоительным, сильным, неудержимым, словно вулкан, который вот-вот должен был извергнуться. И этот восхитительный взрыв не заставил себя ждать.

Дрейк приподнялся на локтях и уставился на Рейвен. Она раскраснелась и