Одни рождаются сильными, другие умными. А что делать молодому отпрыску древнего и славного рода, если он унаследовал сильнейший дар к чёрной магии? Стать грозным и навевающим жуть повелителем, как великие некроманты прошлого, или, стиснув зубы, проторить свою тропу?
Авторы: Иващенко Валерий Владимирович
Ворочались во мраке могучие, спящие вековечным сном демоны, ощутив чейто задумчивый взгляд. Заметались в своих логовах элементали, не зная, в кого разрядить свои молнии и огненные дожди.
Молодой хозяин обходил свои владения, незамеченные ранее. Неслышным шагом он прошёлся вдоль границы, отделяющей жизнь от Неё . Заглянул за грань вечности, обращая внимание на каждую мелочь. И нестройный хор пробуждающихся от забвения голосов сопровождал его, моля об одном – дай приказ, повелитель! Поведи нас в битву!
Да, Яромор был силён, но он жаждал всего лишь власти. А чего жажду я? Вернуть родных и близких, насильно ввергнутых в Царство Мёртвых? Заманчиво, заманчиво…
Но нет, не стоит, пожалуй, даже и пытаться – что произошло, то уже произошло. К чему ворошить угли?
Отомстить? Это теплее, гораздо теплее – почти горячо. По силам ли? Посмотрим…
И молодой некромант, с нежностью глядя на переполовиненные пустяковым заклинанием, медленно прибывающие запасы магии, хрипло захохотал! Идиот!
– Вот же она, сила, недоступная иным магам и колдунам! Стоит только протянуть руку!
Грязная, в лохмотьях изорванной и обгоревшей одежды рука стремительно метнулась, и ухватила за горло толстую крысу, неосторожно выглянувшую из отверстия для стока нечистот полюбопытствовать – что это за новый гость в её давно облюбованных владениях?
Уговаривая сам себя не спешить, дрожа от нетерпения, Valle зубами откусил часть ногтя, оставив на пальце острый заусенец. Нежно погладил трепещущее в ладонях тщедушное тельце, ощущая бешеный стук испуганного сердечка…
А затем решительно чиркнул ногтем по этой мягкой шейке, с бьющейся под тонкой мохнатой кожей жилкой. Аккуратно, старательно, не теряя ни капли алой жидкости, заключённой в драгоценном живом сосуде, стал творить волшбу.
Замечательно. Словно похмельный, выпивший поутру жбан холодного пива и оттого ощутивший себя здоровым и полным сил, молодой чернокнижник встал. Тяжёлые массивные кандалы, с погнутыми и растянутыми коегде звеньями цепей, рассыпались тонкой струйкой ржавчины, невесомым облачком взвившейся у его ног. Ошейник с тихим звоном разлетелся осколками, едва ощутив прикосновение этих пальцев, умеющих быть такими нежными, но сейчас неумолимо безжалостными…
Светильник яростно полыхнул, залив беспощадным светом все уголки камеры. Молодой маг, с какойто горделивой осанкой и горькой складкой в уголках рта, небрежно протянул руку к стене, сложенной из неподъёмных каменных глыб, отчего та пошла рябью, словно поверхность взволновавшейся лужи. Миг, другой, и сквозь камень проступило серожёлтое сияние иных миров и иных дорог…
Через полквадранса в опустевшем каменном мешке не осталось ничего, хоть както напоминающего о произошедших событиях – об этом человек позаботился тщательно. Лишь излучающая зелёный свет надпись, навсегда въевшаяся в каменную стену.
Я вернусь. Пересчитаю всем зубы, и не только.
А чуть ниже, живым рубиновоалым огнём переливалась подпись
Valle
Впервые лорд Бер видел
