Одни рождаются сильными, другие умными. А что делать молодому отпрыску древнего и славного рода, если он унаследовал сильнейший дар к чёрной магии? Стать грозным и навевающим жуть повелителем, как великие некроманты прошлого, или, стиснув зубы, проторить свою тропу?
Авторы: Иващенко Валерий Владимирович
секиру, одобрительно кивнул и поинтересовался.
– Не в обиду будь сказано, вашсветлость – а где ж вы такие деньжищито возьмёте?
– А подумай сам, – вытирая со лба пот, невозмутимо ответил баронет, – Где такие деньги есть?
Гном задумался, и лоб его наморщился от непривычной работы.
– Не собирать же понемногу у святош… Да ну – разве только в банке!
Valle подбросил в занявшийся, весело потрескивающий костерок сучьев потолще, и подвесил над огнём котелок. В походе или в бою сословные различия изрядно сглаживались, и это было в порядке вещей. А посему он посмотрел, как разгорается пламя и заинтересованно глянул на своего капитана.
– Хорошая мысль, Трент. Как сказал тот барон – это мне нравится.
Добродушная физиономия гнома, любовно осматривающего зеркально блистающее лезвие, сразу вытянулась.
– Да что ж вы такое говорите, вашсветлость? Как можно? Ведь ежели банк грабить, без крови тут не обойдётся. А в подземных укрывищах банковских, по традиции наши гномы стражуто несут!
И, обиженно засопев, Трент дёрнул себя за бороду.
Молодой маг вздохнул. Эти гномы – ну иногда как дети малые…
– Да ведь банкто будет в Царстве Света. Сам подумай – откуда там ваши?
Трент немного посветлел лицом.
– И то правда, вашсветлость. Этиж церковники нас за людей не считают – демоны, исчадия Падшего, и всё.
И, досадуя сам на себя за недогадливость, стал крошить в котелок всякую снедь, ароматные корешки с травами и изрядный ломоть закаменевшей на морозе грудинки.
– И всё равно, – недовольно проворчал он, – Что мы, каторжане какие – банк грабить? Даже если и у святош…
Высыпав в булькающий котелок всё необходимое для крепкого, густого походного супа, он с интересом стал наблюдать, как молодой волшебник аккуратно, с осторожностью пытается зажечь свою трубку.
Хотя в двух шагах горел костёр и прикурить можно было без проблем, Valle предпочёл лишний раз попрактиковаться. Огонёк на кончике пальца то получался слишком маленьким и гас, едва его подносили к трубке, то полыхал так, что один раз чуть не припалил нос.
Справившись наконец, он удовлетворённо пыхнул дымком, и ещё раз огляделся вокруг. Зимний, засыпанный снегом лес во всей его первозданной красе был простотаки великолепен. Смущало только одно – последние дни молодого чернокнижника просто преследовал слабо, но ошутимо просачивающийся откудато запах тухлятины. Что только он не предпринимал – и одежду сменил, и в бане попарился всласть, завернув в один городишко подальше. И заклинаниями всё обшарил – ничего. Может, это расплата за ремесло некроманта?
Расслабленно наблюдая, как гном несуетливо пробует на вкус свою стряпню, и вдыхая прямотаки одуряющие на свежем воздухе ароматы пищи, он както потянулся рукой, и неожиданно сам для себя достал из воздуха полуразложившийся трупик дохлой крысы.
– Ах вот ты где, голубушка. Так это ты мне настроение портишь? – задумчиво пробормотал он, разглядывая свою спасительницу, – А я даже както запамятовал, куда тебя дел после того…
Трент, разом повернувшийся от костра, недовольно поморщился и демонстративно зажал нос.
– Вашсветлость, добро бы чего хорошего наколдовали, – заворчал он, настороженно, издали разглядывая предмет в руках Valle, – А то гадость какуюто, мышу дохлую…
Не обращая внимания на ворчание гнома, молодой маг снова расслабился, спрятал обратно крысу, ещё и свой кинжал, вынутый из ножен на поясе. Прошептал Заклятье Поиска – безрезультатно. Затем, с какойто холодной отстранённостью наблюдая сам за собой со стороны, извлёк обратно оружие и неароматно попахивающий трупик.
Исходящая паром поварёжка выпала из рук гнома, разом утонув в сугробе, но он не заметил этого, с выпученными глазами и открытым от изумления ртом наблюдая за манипуляциями своего барона.
– Во дела, вашсветлость, – наконец опомнился он, – Такого даже лицедеи на ярмарке проделывать не могут! Уж ято на них смотреть любил в своё время…
– Дай рюкзак, – деловито ответил Valle.
Трент, не без сожаления вспоминая, что на дне лежит совсем новая заготовка для топора и пять цехинов, покорно подал требуемое. Яростно и с сомнением теребя себя за бороду, он наблюдал, как его барон спрятал в воздух тяжеленный, туго напханный барахлом гномий рюкзак. Затем встал, поколдовал чегото, даже попрыгал на месте зачемто. А потом, к немалому облегчению гнома, вытащил рюкзак обратно.
– А ведь весто не чувствуется, – заметил Valle, усаживаясь обратно на ствол поваленной сосны, – И никакими заклинаниями не обнаруживается.
– И много вы так могёте в свой волшебный карман спрятать, вашсветлость? – сразу смекнул башковитый, как и все гномы, Трент.
