Одни рождаются сильными, другие умными. А что делать молодому отпрыску древнего и славного рода, если он унаследовал сильнейший дар к чёрной магии? Стать грозным и навевающим жуть повелителем, как великие некроманты прошлого, или, стиснув зубы, проторить свою тропу?
Авторы: Иващенко Валерий Владимирович
отцу. Это из погребов Императорского дворца.
Сахр, встав, чуть поклонился, а затем, словно величайшую драгоценность, бережно и осторожно завернул одну бутылку в огненно сияющую ауру и спрятал кудато в свои незримые закрома.
Жан де Лефок одобрительно кивнул, разглядывая молодого чернокнижника.
– Из этого молодого человека таки будет толк…
– Пожалуй, вы правы, коллега, – Сифид осторожно откупорил покрытый благородной сединой сосуд и восхищенно принюхался к пробке.
– Мы можем хоть както отблагодарить вас за эту прелесть? – поинтересовался Сахр, с улыбкой глядя на манипуляции соплеменника, а затем отобрал пробку и, закрыв глаза, с наслаждением поднес ее к носу.
Лефок подумал, пожал было плечами, но тут Valle осторожно заметил.
– А не покажете ли нам фокус с жидким огнем в стакане? Ее высочество ла Синирь случайно продемонстрировала мне – очень даже вкусное дело…
Сахр неодобрительно покосился на дамочек в алькове напротив, где, похоже, пришли к такому же решению, и Эстрелла с леди Бру уже осторожно дегустировали содержимое тревожно мерцающих бокалов, а обе демонессы, закатив от восхищения глазки, крохотными глоточками смаковали Aetanne.
– Это одно из многих наших фамильных умений, – буркнул демон. – Ну ладно, коль матушка и тетушка уже… да и вреда от этого, в общемто, не будет.
С любопытством глядящие на его действия Лефок и Valle получили в руки по массивному бокалу, в которых мягко колыхалось светлое бездымное пламя.
– И это можно пить? – удивленно спросил маг огня, пристально рассматривая и исследуя попавшее в его ладонь маленькое чудо.
– Очень даже рекомендую, – с улыбкой отозвался барон и запросто отхлебнул из своего бокала.
Женщины, похоже, совсем освоились – величественная княгиня ла Сатори уже сидела на наколдованном диванчике чуть ли не в обнимку с вряд ли уступающей ей внешностью доньей Эстреллой и разговор их явно не нуждался ни в посторонних собеседниках, ни в прочих помехах женскому счастью поболтать всласть. А леди Бру с ла Синирь углубились в серьезный разговор, иногда сопровождая слова небольшими магическими демонстрациями, и в их беседу – а вернее, обмен опытом двух целительниц вряд ли посмели бы вмешаться даже боги – без риска получить по шее.
Мужчины тоже не нуждались в подсказках – для начала в ход пошли армейские, грубоватосоленые анекдоты, с хохотом воспринятые обеими сторонами, затем разговор плавно перетек на женщин, а потом, как водится, в известное русло – на политику и прочие злободневные темы.
– Да сколько ни подбирай и ни стращай управляющих, все равно воруют! – удрученно махнул рукой Сахр, и в доброе расположение духа его вернул только глоточек вина.
– Это точно, мой батюшка велел их менять или вешать через несколько лет, – беспечно отозвался Valle, поглядывая напротив, где донья Эстрелла, тыча пальчиком, объясняла тонкости выведения изнаночных петель, а княгиня, смешно сморщив носик, сосредоточенно вязала яркоогненные нити пряжи из шерсти неведомого животного.
– И даже следствие можно не проводить – воры, и все! – с хохотом заключил Лефок и залпом прикончил второй уже стакан огненного зелья.
Пожав плечами, Сифид заметил:
– Может, родственников ставить? Да нет – потом самому же жаль будет их казн…
В это время ровное, сероватожелтое свечение Древнего Пути непонятно моргнуло. Через пару мигов мягкий свет восстановился, но мужчины уже были в алькове напротив, загородив телами каждый своих подопечных и буравя друг друга подозрительными взглядами.
– Погодите… чтото мне чудится знакомое, – фыркнула ла Сатори изза надежной спины сына. Она осторожно выглянула на дорогу, прошептала Призыв Силы.
– Ах вот оно что… – вернулась она к напряженно замершим остальным.
– Это клан Стали. Они ухитрились подойти совсем близко. Путь перекрыт, – и раздосадованно добавила нечто заковыристое, явно не предназначающееся для слабонервных ушей.
Жан де Лефок чуть ослабил натянутое подобно тетиве заковыристое заклинание.
– Гм, ваше высочество, мы не очень осведомлены в тонкости политики вашего мира…
Эстрелла выглянула изза плеч, одетых в плащ цвета ночи.
– Самый сильный и непримиримый соперник клана Огня, – сообщила она и, взглянув в глаза княгине, вышла из защищенного места на середину.
– Спасибо, милочка. Ценю. Я бы не решилась, – серьезно заметила ла Сатори и тоже подошла к ней.
– Насколько это серьезно? – спросил озабоченный Valle у хмурого Сахра.
– Это очень, очень серьезно, – проворчал тот. А затем взглянул на чернокнижника.
– Разве что… если вы угостите их тем, чем едва не уходили до истинной смерти друга моей тетушки.
– Да,
