Одни рождаются сильными, другие умными. А что делать молодому отпрыску древнего и славного рода, если он унаследовал сильнейший дар к чёрной магии? Стать грозным и навевающим жуть повелителем, как великие некроманты прошлого, или, стиснув зубы, проторить свою тропу?
Авторы: Иващенко Валерий Владимирович
снова улыбнулся – но на этот раз со странным видом, и в голосе его проскользнула легкая горечь.
– Могу попробовать – но не хочу, – он покачал головой, отчего длинные грязножелтые волосы, что могли бы быть золотыми кудрями, скользнули по лицу. – И не спеши пугать меня своим черным искусством.
– И все же? – оторопевший на миг Valle испытал простотаки шок, но сейчас ему стало любопытно.
Перворожденный всмотрелся кудато вглубь себя, и глаза его слегка затуманились.
– Мне недолго осталось. Почти четверть века на нижнем ярусе тюрьмы – и вот бессмертный эльф уходит за Гремящие Моря. Такое никто из… из моего племени не выдержит. Я просто устал жить во мраке, и не понадобился даже палач. Но дело не только в этом.
Он помолчал, скривив губы в горькой усмешке.
– Мой народ отвернулся от меня, и имя мое проклято в Вечном Лесу. И когда сердце мое станет – я не уйду в страну Валаров, в туманную и прекрасную долину, чтобы когданибудь вновь вернуться в этот мир. Вот такие дела, некромансер – я лишен посмертья, и вряд ли ты чемнибудь сможешь меня запугать. Да и живто до сих пор только потому, что не хватило решимости наложить на себя руки.
Эльф поднял взгляд, и в глазах его плескалась боль.
– Когда до королевы перворожденных дойдет слух, что я вышел из подвалов, на меня станут охотиться, наплевав на законы и границы. Я – живой покойник. Вот тебе и вся правда, хуманс…
Valle раздумывал недолго, но быстро. Ох и много же придури в головах этих чокнутых остроухих! Аа, Падший их побери – там же Брен помирает!
– Теперь послушай, что могу предложить тебе я. Есть одно место, где тебя не смогут не только достать, но даже и обнаружить – проверено. Поживешь маленько, очухаешься – а то ты в каталажке совсем головой поплыл. Чтонибудь придумаем. Посмертия лишили, так это еще орковская бабушка надвое сказала. А нет, так и живи там сколько влезет.
Немного удивленный эльф вздохнул, явственно наслаждаясь чистым воздухом.
– И зачем мне менять тюремную камеру на тяготы Нижних Миров и охрану демонов? Одна тюрьма не краше другой – как ты не понимаешь, молодой и не очень умный хуманс?
Хех, а ведь и впрямь перворожденные считают, что в их остроухих головах да старых книгах хранится вся вселенская мудрость. Ну прямо вот так и есть – эти эльфы даже не допускают мысли, что может быть иначе. Что знания можно искать, что возможно открывать или придумывать нечто новое – ведь племя эльфов уже все придумало до вас, грязные короткоживущие хумансы.
– А вот тут пальцем в небо, остроухий – не все тайны ведомы вашему племени, и вовсе не под землей я тебя спрячу. И уж точно – никаких демонов кроме тех, что грызут твою душу.
Нужно было бы обладать уж очень тонким зрением, чтобы заметить – закованный в кандалы и магический ошейник эльф вздрогнул. Уж очень метко сказал Valle насчет моральных терзаний. А молодой барон продолжал искушать.
– Тебе там понравится – солнышко, лес, озеро. Притащу тебе остроухую стервочку вроде тебя, наплодите с ней эльфов и будешь их королем.
Если кто еще не догадался, что Valle вознамерился отвести это вонючее недоразумение, пародию на эльфа в свой маленький, недавно открытый и почти необустроенный мир, то уж недавний узник императорских темниц точно был из их числа. Поколебавшись, он вздохнул:
– Вообщето, говорят, что нет веры некромантам. Но с другой стороны, в старых книгах пишут, что слово их тверже алмаза… я попробую. Изо всех сил попробую поверить тебе, черный маг – ты совсем не такой, каким я тебя представлял. А ведь слух о тебе залетал даже на самый глубокий, политический ярус темниц. Но если не выйдет – ты подаришь мне легкую и быструю смерть?
– Смерть у меня еще заслужить надо, – зло хохотнул барон, доставая меч.
Он провел по лезвию пальцем, равномерно распределяя по железу особое заклинание. Когдато он на спор рубил таким образом в щебень гранитные валуны – а потом брился этим же клинком. Жаль только, что эта магия долго не держится – даже на самый короткий бой не хватает.
– Руки… ноги… пояс… – перечислял чернокнижник, и в такт словам его меч с лязгом разрубал тяжелые оковы.
Лишь антимагический ошейник он отстегнул, ибо сплав этот в цене как бы не дороже золота выходит – да и мороки с ним, между нами говоря! Легче криво сделанный арбалет пристрелять, чем такую штуковину настроить, да все магические вектора сбалансировать.
Эльф дрожал, словно в лихорадке. Valle с любопытством смотрел, как аура того трепещет, расправляясь медленно и неуверенно. И лишь спустя несколько мигов новорожденный маг осмелился – он прошептал несколько слов, и заклинание чистой волны окатило его с головы до ног, унося многолетние наслоения грязи. Перворожденный застонал, закрыв глаза и вытянувшись в струнку.
