Одни рождаются сильными, другие умными. А что делать молодому отпрыску древнего и славного рода, если он унаследовал сильнейший дар к чёрной магии? Стать грозным и навевающим жуть повелителем, как великие некроманты прошлого, или, стиснув зубы, проторить свою тропу?
Авторы: Иващенко Валерий Владимирович
господин канцлер. Отправляюсь немедля.
Связь прервалась. Но вместо того, чтобы ломиться и бить без толку ноги, чернокнижник вытребовал себе карту предгорий из баронской библиотеки, соку со льдом из погребов и резвого коня с конным провожатым. Попивая сок, он вдумчиво изучил карту, ногтем прочертив маршрут гномов и примерное место, поразмышлял немного о возможных трудностях – короче, осуществил предварительное осмысление. Да, особых хлопот не предвидится…
Он кивнул своим мыслям, легким поклоном попрощался с коллегой и тотчас же вышел во двор. Здесь его уже ждал давешний офицер, держа под уздцы горячую норовистую пару.
– Ох и лютые ж кони, – барон неодобрительно насупил бровь.
Одним прыжком с крыльца взлетел в седло, и взялся крепкой рукой за уздечку. Жеребецтрехлетка попытался было заартачиться, но наездник несильно, но чувствительно огрел по загривку, да еще и натянул бразды правления, едва не раздирая железными удилами конский рот.
– Не балуй, – и хлопнул ладонью просто по крупу, ибо ни плети, ни шпор при себе не имел.
Офицер не мешкая припустил следом, сидя в седле ровно как свечка. За ворота вылетели, набирая скорость, и уже на кривоватой улочке Valle махнул ему рукой – вперед.
– К ближайшему лесу или роще! – ибо до предгорий если топать пешком, то не меньше месяца.
А посему хочешь или нет, а пришлось опять воспользоваться опостылевшей за последние дни тайной тропой. В березняке чернокнижник привычно свернул по ту сторону реальности, увлекая за собой спутника, от удивления разинувшего было рот. Тут же соскочил с едва успевшего разогреться жеребца и, перекинув уздечку через голову, потянул за собой.
– За мной, служивый, и дальше десяти шагов не отставать!
Чуть ли не бегом припустил по выросшему невесть откуда косогору, ибо сообразил, что это ему нежить не в диковинку – а каково сейчас приходится гномам?
Продравшись сквозь низкий ельник со словно стальными иголками и оставляя на них клочки одежды, он уже откровенно рысцой пересек мелководье то ли озера, то ли невидимого за серой дымкой болота, разбрызгивая по сторонам воду и ряску. И снова полез в гору по усыпанному валунами склону. Офицер, к чести его, держался почти вплотную, да и вообще выглядел молодцом – эка невидаль! На вопрос, где и в каких передрягах бывал, он молодецки погладил усы на все же слегка побледневшем лице:
– Да под имперским стягом где только не приходилось, ваша светлость. А нынче наш полк из земель святош вывели, да в здешнем баронстве на отдых расположили.
– Понятненько, – выдохнул запыхавшийся Valle и не мешкая свернул с каменистой кручи в такой глубокий и темный, почти отвесный овраг, что в здравом уме туда не сунулся бы ни один человек.
В конце концов гонка со временем измотала его, и пришлось остановиться на короткий отдых. Прислонившись к толстому узловатому стволу замшелого дерева, коих в природе не бывает во всем белом свете, Valle коекак привел дыхание в порядок – и снова, снова вперед.
Как ни спешил, а когда после нескольких неудачных попыток нашел нужное место, в долине меж невысоких гор уже смеркался вечер. Заслышав шум драчливых и весьма злых гномов да знакомое подвыванье неупокоенных, он обернулся к провожатому.
– Не сробеешь?
Тот пожал плечами.
– Да не должон бы, ваша светлость…
– Амулет есть? – тут офицер проворно достал изза пазухи стандартную защиту от черного – высушенную кошачью лапку на крепком кожаном шнурке.
Миг – другой Valle прикидывал – где ж столько кошачьих набрали, чтобы снабдить немаленькую имперскую армию. Но сообразив, что у порядочного кота аж четыре лапы, а хороший целитель за квадранс запросто прирастит усатому страдальцу новые конечности взамен отрубленных, выбросил этакие глупости из головы. Хотя и решил при случае приглядеться – отчего ж домашние мурлыки так стойко выносят черное .
Усыпанная мелким щебнем тропа, вьющаяся по длинной лощине, постепенно стискивалась равнодушными ко всему боками каменных громад, и за очередным поворотом в уши ударил шум.
Десятка два крепко сбитых гномов азартно отмахивались секирами, а на них наседали косматые сгорбленные туши, истекающие призрачным зеленоватым светом.
– Вот дела… – Valle озадаченно поцокал языком, ибо на знакомую ему нечисть эти походили не более, нежели элефант на черепаху.
Порывшись в памяти, он признал, что данная разновидность не похожа решительно ни на что. А стало быть, и переть на рожон смысла никакого. Обогнув по дуге место схватки, он бросил поводья сопровождающему и выпрыгнул из седла.
К нему тут же подбежал на ловких коротких ногах гном с ободранным лицом и пропитавшейся кровью бородой. Мигдругой он недоверчиво всматривался
