Одни рождаются сильными, другие умными. А что делать молодому отпрыску древнего и славного рода, если он унаследовал сильнейший дар к чёрной магии? Стать грозным и навевающим жуть повелителем, как великие некроманты прошлого, или, стиснув зубы, проторить свою тропу?
Авторы: Иващенко Валерий Владимирович
темно. В главной комнатехолле на столе у дивана обнаружилась записка: «Любим. Ждем». Девчонки давно спали на необъятной кровати. Айне – свернувшись калачиком и обняв подушку. Аэлирне – разметавшись в обворожительной наготе. Ярл укрыл их простыней и тихо вышел из спальни, прикрыв за собой дверь. Через холл попал в коридорчик, быстренько искупался в ванне, а затем прошел в кабинет, он же библиотека. Открыл балкон, уселся в прихваченное кресло. Положил ноги на перила и закурил, пуская колечки прямехонько в косо нависшую над деревьями луну.
«Ну и что мне теперь со всем этим делать? Ладно, если Эстрелла и Ян подпишут мне смертный приговор – стерпим, не впервой. А если глупостей натворят?»
* * *
Императрица подозвала к себе леди Жанетту, придворную поэтессу и певицу.
– Что изволит Ваше Величество?
– Милочка, вы не забыли еще высокую речь Перворожденных?
– Как можно, Ваше Величество! – Жанетта улыбнулась. – Баллады эльфов в последнее время пользуются просто невероятной популярностью.
– Сделайте одолжение, подойдите к Рамоне и невзначай спросите чтонибудь.
Та проглотила свои сомнения и, проходя мимо принцесс, которые, пыхтя, возились друг с дружкой, погладила их по головкам и спросила:
– Ramona, herenya?
– Aqua ve sure, – отмахнулась Рамона и завопила: – Алиска! Щас как дам! Думаешь, если ты старше, так задаваться можно?
Немного обалдевшая леди Жанетта сообщила результат матери и, получив приказ обо всем забыть, быстренько смоталась. И никто не видел, как Императрица впилась себе ногтями в ладонь прямо сквозь белоснежный батистовый платочек.
Айне коекак набросила на себя халат после принятия ванны. Хотя время завтрака давно прошло, есть не хотелось. Почувствовав босыми ногами сквозняк, направилась к балкону и обнаружила там ярла, который спал, скорчившись в кресле. Погладила по волосам и отдернула руку, как от ожога.
«Ох, да что ж тебе снится такое? Сейчас вмешаемся…»
Ласково, еле касаясь, прошлась губами по щеке, добралась до уха. Дохнула теплым ветерком весны, чуть лизнула язычком мочку. Valle задышал сильнее, порозовел. Девушка уловила перемену в его снах.
«Ага, это уже гораздо лучше. Нука, а как тебе это?.. Ой, нет, хватит. А то я за себя не отвечаю».
Айне медленно, бережно подняла спящего ярла Знаком и потихоньку перенесла в холл на диван. Аэлирне тоже выпорхнула из спальни, путаясь в полах халата. Вопросительно посмотрела, показала – перенеси, мол, на кровать. Так и сделали. Закрыв дверь, Аэлирне вздохнула и отправилась в ванную. Через несколько мигов она вылетела оттуда с круглыми глазами.
– Смотри, в корзине с грязной одеждой было! – Она держала в руках черную куртку, разодранную на боку. Когда Аэлирне отняла руку, по пальцам потекло красное.
Айне еле сдержала крик. Бросилась в ванную, вытряхнула корзину из шкафчика в углу. Брюки. Левая часть вся в крови. Сапог. Еще один, левый. Из него капнуло несколько капель крови, которые алым пятном растеклись по серой плитке пола.
– Что за… – Губы Аэлирне запрыгали.
– Да кто же это его так?
– Спокойно. – Волшебница глубоко вдохнула и медленно выпустила воздух из легких. – Он жив – и это главное.
– Мам, я нашла его на балконе в кресле. Он спал, и ему снилось чтото такое!
– Спокойно, давай рассуждать логически. – Аэлирне уже взяла себя в руки. – Ярл вечером пошел во дворец в этой одежде. Так?
Айне кивнула, постепенно приходя в себя.
– Он был в порядке. Значит, он схлопотал либо во дворце, либо по пути обратно.
– Ну, последнее навряд ли. – Девушка тревожно улыбнулась. – На черного мага никого ни за какие деньги не уговоришь наехать.
– Да, – подтвердила Аэлирне, осматривая сапоги. – К тому же мне заранее жаль тех, кто на это осмелился бы. Значит – во дворце.
– Выходит, там. Нука? – Айне осмотрела кожу сапога. – Смотри, ма, это похоже на отметины от зубов.
– Или когтей, – пригляделась Аэлирне. – Кстати, может, это и не его кровь?
– Да посмотри, в куртке сбоку такая дыра, что я пролезу. С левого боку.
– Мда… Собаки кусают не так.
– В зоопарке ему явно делать было нечего, – озабоченно подтвердила Айне.
– Выходит, снятие порчи прошло совсем не так просто, как он обещал. Ну, погоди, дорогой мой! Отоспишься – всю душу вытрясу!
– Мам, а пошлика к донье Эстрелле. Уж онато наверняка знает подробности.
– Ты начинаешь правильно мыслить, дочь моя. Неужели взрослеешь?
Императрица не вышла к обеду, сославшись на усталость после ночного дежурства и желание «немного отдохнуть». На самом деле встревоженная мать расхаживала по спальне и думала: «Нет, Ян в таких делах не советчик. Но что же мне делать?».
– Да
