Одни рождаются сильными, другие умными. А что делать молодому отпрыску древнего и славного рода, если он унаследовал сильнейший дар к чёрной магии? Стать грозным и навевающим жуть повелителем, как великие некроманты прошлого, или, стиснув зубы, проторить свою тропу?
Авторы: Иващенко Валерий Владимирович
Узнав, в чём дело, и что не худо бы «поджарить пиратов», отрицательно покачал головой.
– Мне платят за охрану вашего высочества, а не за альтруизм.
Valle вынул изо рта трубку и роняя слова вместе с дымом, заметил.
– А за порядочность и честность тебе тоже платить надо? Вообщето, принц хотел проверить чьито способности. Их величество Император говорил – опытный волшебник за сыном его присмотрит. Но если говоришь, что не сможешь… – и стал нарочито неторопливо вставать.
– Это другое дело, – окрысился огневик и, засучивая рукава на ходу, выбрался на песчаный холмик.
– Любезные дамы, не будете ли вы так добры чуть отойти в сторону и не застить путь? Сейчас пирата поджигать будем!
Заинтригованные люди подошли поближе и тоже стали на бугорке по сторонам и чуть сзади начинающего свою работу мага. Он то взывал к божественной силе Риллона, то чтото рисовал в воздухе своим посохом.
В лица повеяло жаром, и удивлённым глазам собравшихся предстало незабываемое зрелище. Высоко в небесах над морем собралась словно чуть подёрнутая пеплом огненная туча. Колыхнув переливами пламени, она слегка сжалась и, повинуясь воле вызвавшего её мага, пролилась вдруг ослепительным жаром прямо на пиратскую галеру. Там в последним момент чтото заметили, их вёсла, блеснув на солнце, пытались остановить и дать задний ход. Но тут словно струя жидкого пламени из огромной чаши окатила корабль и своим ослепительным сиянием закрыла всё от нескромных взоров.
Когда огонь исчез, на поверхности воды не осталось ничего. То есть – вообще ничего под клубами подымающегося и тающего пара.
– Ужас, – зябко поёжилась баронесса Амалия, – Силищато какая!
Маг в алом плаще зашатался. Его усадили на спешно снятый тюк, дали вина и воды. Утерев побледневшее от усталости лицо, он попил немного, задышал ровнее и расслабленнее.
Принц в это время с интересом разглядывал его, словно диковинный экспонат в кунсткамере Университета.
– Да, хорош. Сэр Трезеге, дополнительная премия за спасение купца – за мной. Выплачу в ближайшем городе, где есть банк.
– Как же так, ваше высочество? – барон, похозяйски оглядывая побережье, море и удирающего из всех парусов купца, удивился, – Вроде бы платить купеческая Гильдия должна.
– Это была моя просьба, – принц Ян покачал головой и подчеркнул, – Просьба, а не приказ.
Их препирания бесцеремонно остановила донья Эстрелла, так очаровательно кокетничая, что даже на бледных губах Мастера Огня появилась слабая улыбка.
– Так мы искупаемся малость?
Она чуть склонила набок свою темнокудрую, прелестную головку. Вроде невзначай облизнула губки и посмотрела таким взглядом…
Принц, улыбнувшись, чуть поклонился и бросил в сторону мужчин приказ.
– Всем отвернуться. Кто осмелится нарушить – голову потеряет прямо здесь. Или нет, есть идея ещё получше… – поправился он, – Отдам некроманту, на опыты. Дамы, вперёд! Но не дольше квадранса, нам ещё далеко ехать.
Горячий и пыльный южный ветерок, набрав жара над раскалёнными бескрайними просторами Стигии, едва успел взволновать серыми валами пространство внутреннего моря, как вновь свои объятия ему распахнула суша. Пролетая над чуть холмистыми равнинами, он не знал преград. Равно безразлично взъерошивал редкие перелески, волновал степные травы и шевелил занавески в притомившемся под жарким в этих краях солнцем городе. Вот и Аламеда – сонная и истомленная зноем, терпкая и прекрасная столица некогда грозной страны. Гордые, горячие и неистовые, здешние люди снискали славу грозных бойцов, искусных мастеров и неукротимых женщин.
Ветерок игриво и мимолётно качнул алый флаг со львом над кордегардией, у ворот которой двое усатых смуглых альгвазилов лениво смотрели на сверкающую, струящуюся под полуденным солнцем площадь.
И лишь миновав миртовую рощу, посланец Бога ветров наткнулся на преграду. Древний, изъязвленный, но так и не сокрушённый гранит скалы здесь вздымался ввысь едва не на полсотни шагов, поддерживая своей могучей и надёжной ладонью приютившийся наверху замок. О, как заревел и засвистал тысячей демонов прежде ласковый ветерок, разом обернувшись раскалённым дыханием стихии! Словно все фурии невидимых и бессмертных сил разом сорвались с могучих, удерживающих их цепей, и с неутолимой яростью принялись, как и века тому, нестройной толпой штурмовать ворота и окна. И всё же – непокорный подобно его обитателям, замок еl Сorazon, родовое гнездо Кейросов, как и прежде, горделиво вздымал в ослепительную лазурь свои стены и изящные башенки с флюгерами в виде бегущей борзой собаки, и не обращал внимания на ветер более, нежели тот того заслуживал.
