Что может быть приятнее, чем две недели отдыха в старинном загородном доме, где хозяйничает гостеприимная тетушка? Вот и Элли, героиня книги Элизабет Питерс «Черт его знает», в предвкушении блаженного ничегонеделания соглашается погостить у своей любимой тетки, но оказывается втянутой в таинственную и жутковатую игру в призраков.
Авторы: Питерс Элизабет
пылали щеки, а глаза были подозрительно мокры. Тетушка Кейт выглядела задумчивой и странно притихшей для дамы столь искрометного темперамента. Согнав кошку, она кивнула Генри на кресло.
Вечерний наряд хозяйки состоял из длинной юбки, расшитой шелковыми узорами всех оттенков синего, бледно-голубой шелковой блузы и такой массы драгоценностей, что их хватило бы на приличный ювелирный магазин. Сапфиры, бриллианты, опалы мерцали и переливались.
Элли же ограничилась обручальным кольцом и крупным, медного блеска, кулоном, смахивающим на окаменевшую яичницу-глазунью. Она тоже переоделась к ужину – в джинсовую юбку с бахромой по подолу и узкую футболочку без рукавов с гавайским рисунком: пальмы, волны и желтый песок. Даже в этом нелепом наряде она выглядела прелестной до умиления. Генри мысленно взял на заметку еще один требующий устранения недостаток невесты. По возвращении в Вашингтон придется как следует поработать над ее вкусами по части вечерних туалетов.
– Виски, Генри? – сладким голоском пропела тетушка Кейт. – Мальчик мой дорогой, не стесняйтесь. К чему эти церемонии? И нечего на нас равняться. Мужчинам нужно что-нибудь покрепче, чем нам, женщинам. Ну-ка, позвольте… Вот, прошу. А теперь расскажите о себе…
Генри подробно описал свою семью, детство и как раз подошел к своим успехам в выпускных классах средней школы, когда появились гости. Одним из приглашенных к ужину был давешний Тед, облачившийся по такому случаю в безукоризненный смокинг и рубашку с гофрированной манишкой. Еще двоих гостей, семейную пару, тетушка Кейт представила как мистера и миссис Грант. Генри достаточно было одного взгляда на хрупкую блондинку – крашеную, разумеется, – чтобы признать в ней самый распространенный тип “дамы из общества”. Днем она наверняка щеголяет в слаксах и небрежно-элегантной рубахе мужского покроя. Для визитов выбирает столь же традиционную одежду, вот как сейчас, например, – длинную строгую юбку и шелковую блузку в тон. Впрочем, миссис Грант удостоилась лишь мимолетного внимания Генри. Куда больше его заинтересовал супруг, Алан Грант, – широкоплечий, массивный, с суровым, точно из камня вырезанным лицом и заметной проседью в темных густых волосах.
– Сенатор! – Генри радостно затряс руку гостя. – Какая честь для меня! Счастлив с вами познакомиться!
– Просто Эл, – сверкнул натренированной улыбкой Грант. – Боюсь привыкнуть к такому обращению. Ноябрь не за горами. Кто знает, что меня ждет. А вдруг поражение?
– Скромность делает вам честь, Эл, – проникновенно отозвался Генри. – Но уверяю, все вокруг прочат вам оглушительную победу на выборах.
– Один голос для меня определенно потерян… – С той же привычной улыбкой на устах Алан Грант обернулся к хозяйке дома. – Если только Кейт не изменит мнения о моих политических взглядах.
Ответную улыбку тетушка Кейт, похоже, позаимствовала у какой-нибудь из своих пушистых любимиц.
– И не надейся! Даже за блюдце сметаны не стану голосовать за тебя! – промурлыкала она и выгнула спину с истинно кошачьей грацией.
Откровенное ехидство Кейт, как и замешательство сенатора, лишний раз подтвердили смутную догадку Генри. Политика – тема для общения далеко не безопасная. Грант был записным консерватором, так что политические пристрастия Кейт угадать не составляло труда – законченная либералка. Но как же Генри хотелось поразить сенатора своей подкованностью в политических вопросах! Грант, вне всяких сомнений, входил в когорту многообещающих политиков; совсем еще молодой для деятеля такого ранга – едва за сорок, – он уже к пятидесятилетию должен был вырасти до фигуры национального масштаба!
Генри прикинул все “за” и “против” дискуссии с новым знакомым. В попытке обрести расположение Гранта он наверняка восстановит против себя тетушку Кейт… Нет уж, лучше вообще не касаться политики. А пользу из знакомства с сенатором он все равно вынесет… Не в этот раз, так в другой – непременно.
Судя по всему, Грант и тетушка Кейт были если и не друзьями, то давнишними приятелями, так что час возмездия для Кейт за язвительную шпильку наступил быстро.
– Ты что же это, опять возилась с проводкой? – громогласно поинтересовался Алан, прищурив глаз на плоскогубцы и отвертку, не слишком успешно спрятанные под креслом. – Какого черта просто не пригласить электрика, Кейт?!
– Ну да, и заплатить двадцатку за смену какой-то паршивой розетки? Вот еще, – возмущенно фыркнула та. – С такой-то малостью я и сама могу…
– В прошлый раз, если мне память не изменяет, ты спалила в доме все пробки, – возразил Грант.
– Она же починила мою настольную лампу, – неожиданно подала голос Энн
