Чертовщина за свой счет

На экскурсии его точно не было. Вполне понятно – не один раз плавал по этому маршруту. Могло и поднадоесть. Мимоходом отметила, что многие пассажиры стали узнаваемы, хотя заканчивался только второй день нашего путешествия. Надо же – второй день, а такое впечатление, что плывем уже неделю как минимум. И как интересно плывем. Говорят от Мышкина до Углича чуть более двух часов ходу. А мы плыли всю ночь…
– Любаня! Любаня-а-а-а! – раздался над ухом громкий голос Наташки. – Тебя почему на экскурсии не было?
Любаня приветственно помахала рукой, но отвечать не стала, жестом показав, что орать в ответ не может. Она что-то тихо проронила Мисюсе, и тот с готовностью крикнул, что у Любочки болит горлышко.
– Надо же, – удивилась я, – мне почему-то казалось, что там, где кончается голова, у нее сразу же начинаются плечи. Я ошибалась.
– Не вредничай, – тоном школьной учительницы изрекла подруга. – Человек болен. Идем, надо выразить соболезнование. Хорошо выглядишь, – с ходу залепила она Любане, оттеснив в сторону заботливого Мисюсю. – Вот что значит выспаться!
– Ты че? – прохрипела Любочка. – Я всю ночь промаялась – горло дерет, сопли, температура. Хорошо Степан сегодня стрепсилс раздобыл и капли для носа. Уже не так больно и противно. А на завтрак вообще зря пошла. И сейчас есть не хочется, представляете? Минут десять как из каюты выползла.
– Я и говорю, хорошо выглядишь. Похудела, – выкрутилась Наталья. – Где ж ты так простудилась?
– Да везде. Вечером вас поискала и не нашла. Мисюся спал. Вот я одна с семечками на палубе и продрогла. Потом к себе пришла, Мисюси нет. Горяченького чайку хватанула – жарко стало. Пошла Мисюсю искать, чтобы он меня не искал. Не нашла – разминулись. Ледяной водички из холодильничка хряпнула, и пожалуйста… – Любаня чихнула, вытащила из рукава теплой кофты здоровенный клетчатый носовой платочек и, встряхнув его, громко высморкалась.
«Не хватало еще заразиться», – подумала я.
– Вы че? Заразиться боитесь? – Мы как по команде согласно кивнули головой и сказали: «Нет». Любочка с недоумением пожала плечами: – Это же не грипп. – Мы опять согласно кивнули.
– Ой! – вдруг скривилась Наташка.
– Что, опять? – участливо спросила я.
Наташка мужественно простонала сквозь зубы и кивнула головой в третий раз.
– Что случилось? – встревожилась Любаня.
– Опять скрипит потертое седло, – вздохнула я. – Проклятый пояснично-крестцовый радикулит. Извините, я ее уведу.
Молодежь подоспела как нельзя вовремя. Костаки и Лешик осторожно взяли Наталью под руки и с черепашьей скоростью потащили в каюту. Мы с Аленой замыкали шествие. В холле подруга перестала постанывать, встрепенулась и разбросала поводырей в сторону.
– Все прошло, – с довольной улыбкой пояснила она кортежу. – Сначала нерв защемился, а теперь расщемился. И нечего на меня так глазеть. Большое тебе спасибо, Костя. – Физиономия Кости, мягко говоря, выражала безмерное удивление. – Дети, проводите меня до каюты, – обратилась она к сыну и Алене. – Ириша, не уходи. Вдруг мне потребуется твоя помощь.
В каюте Наталья совсем ожила и понеслась в душ. Я с тоской подумала о своем уютном уголке. Молодежь, побросав сувениры и аккуратно поставив на стол коробку с босоножками, унеслась прощаться с угличским берегом. Теплоход под музыку медленно отчаливал от пристани. В занавешенное окно раздался стук – Любаня хрипло интересовалась состоянием болящей. В меру приоткрыв окно, я уверила ее, что кризис миновал. Алена, пользуясь полученными знаниями, что-то куда-то вправила подруге. Одним словом – мануальная терапия дала положительный результат. К обеду Наташка окончательно возродится. Но Наташка возродилась раньше – прямо из душевой. Любаня, узрев Афродиту в короткой майке и с махровым полотенцем на голове, немного удивилась.
– Тебе уже так полегчало? – прогундосила она.
Наташка хотела было изобразить муку, но помешало размотавшееся полотенце – оно съехало подруге на лицо, вовремя прикрыв печать страдания. Я быстро затараторила, что после мануальной терапии необходимо разогреть источник боли чуть ли не до температуры кипения.
– Что ж она, задницей в кипятке, что ли, сидела? – ужаснулась Любаня.
– Ну, знаешь, из двух зол, как говорится… Зато сама видишь, каков лечебный эффект. Наташа, правда ведь, здорово помогло?
Подруга выпуталась из полотенца, внимательно прислушалась к себе и сказала:
– Ага-а-а…
– Ну и замечательно, – с неподдельным облегчением сказала я. – Раз моя помощь больше не нужна, пойду к себе.
Наташка что-то промычала, но я уже закрывала дверь с другой стороны…
За обедом я торопилась.