Чертовщина за свой счет

мелькавшего на телеэкране. Но муженек, как оказалось, во многих пороках переплюнул свою женушку, и ей скоро надоело положение соломенной вдовы. Несмотря на полное материальное благополучие. Второе замужество также радости не прибавило: муж был талантливым актером и в кино, и в семейной жизни. А ей хотелось видеть супруга исключительно у собственных ног. И, разумеется, с деньгами, преимущественно в иностранной валюте. Спустя некоторое время попалось сразу два подходящих кандидата на вакантную должность мужа. Один был молод и хорош собой, но жениться не собирался. Второй был угрюмым бирюком, но это пугало не так, как его, мягко говоря, некрасивая внешность. Немного поразмышляв, девица решила охмурить первого кандидата и вскоре от него забеременела. Того это обстоятельство нисколько не обескуражило. С обворожительной улыбкой на красивом лице он сообщил, что через неделю перебирается на постоянное место жительства в Цюрих – там льготное налогообложение и любимая невеста. Бедной сиротке пришлось спешно доказывать свою любовь второму кандидату. Как оказалось, ему и доказывать ничего не надо было. Он был счастлив уже от одного ее взгляда. Как ни странно, но она постепенно привыкла к нему и даже испытывала какую-то странную помесь отвращения с жалостью и восхищением. А частые поездки за границу и бесчисленные дорогие подарки убедили ее в правильности выбора. Когда она, выждав время, сообщила ему о наследнике, тот на коленях умолял ее выйти за него замуж. Замужество оказалось недолгим. Она умерла. Через три месяца после роскошной свадьбы. И, как в случае с матерью, опять не помогли ни деньги, ни связи…
У сестры осталась квартира, которую она в свое время так и не приватизировала – лишние хлопоты. Вещи Сеня раздал любовницам, оставив себе только фотографии да еще нарядную коробочку с кружевным белым платочком. Эта вещица, как ему казалось, в полной мере отражала сущность его младшей сестренки. Только перед свадьбой заветная коробочка перекочевала в руки Любани. Честно говоря, та подарку не обрадовалась, испытывая определенную брезгливость. Но не принять не могла. Пользоваться им начала только на теплоходе, чтобы порадовать муженька. И вот повезло – избавилась.
Наташкин рассказ меня и обрадовал и встревожил. Обрадовал тем, что Любаня с мужем оказались вне подозрений, а вот чем встревожил? Ну да не стоит ломать себе голову на ночь глядя. Путешествие подходит в концу, и приносить нас в жертву, кажется, никто не собирается. Что касается Игоря, Светика и Алексея Ивановича, то мы им, очевидно, ничем помочь не можем. Хорошо хоть не навредили…
– Ты не знаешь, по какому поводу я завтра должна встретиться с «Киллером»? – отвлеклась я от основной темы.
– Я не понимаю, – прошипела Наташка. Кажется, она начинала сердиться. – Ты придуриваешься или как? Он же прямо об этом сказал – со стаканом в руке. И ты за его тост выпила и не поперхнулась.
– Или как, – прошипела я в ответ. – Я с тобой трепалась и не слышала его лозунгов. Думала, он так… для приличия. Словом, поздравляет. А глотнула я за наше здоровье.
Наташка хихикнула:
– Все поняли, что ты обмываешь счастливое модельное будущее своей дочери. Он как опытный специалист полагает, что у нее хорошие данные и…
– Еще чего, – заорала я, забыв про спящую Аленку, и она, приподняв голову, сонным голосом поинтересовалась, кого и чем я обделила. Наташка приложила палец к губам. Зря! От охватившего меня гнева я даже не нашла что ответить. Да это было и ни к чему. Дочь перевернулась на бок и опять заснула. – Почему ты мне не сказала, за что пьем?! – Гнев потихоньку стал разбавляться обидой.
– Интересное кино! Выходит, тебе все равно, за что пить? Алкашка! Заработаешь на дочери кучу денег и купишь… самогонный аппарат. – Я не сразу поняла, что Наташка шутит, и поэтому со злостью выхватила у нее из-под носа последний кусок шоколада. Наташка отреагировала лениво: – Не очень-то и хотелось. – Сделав последний глоток и жмурясь от удовольствия, она аккуратно поставила чашку на тумбочку, внимательно на нее посмотрела и перевернула ручкой к себе. – Ну что ты переживаешь, дурочка, – ласково прошептала она, глядя, как я, обхватив голову руками, качаюсь из стороны в сторону. – Все в порядке и под контролем. «Киллер»… вот уж действительно киллер. Чуть наповал не сразил своим предложением. Он его твоей дочери еще в зале выдал. Но та человечек мягкий, обидеть никого не может… Начала ему бормотать что-то о своих планах, связанных с медициной, о желании закончить институт… А он ей сладенько так поет про возможность сочетать одно с другим, про возможность обеспечить себя на всю жизнь. Ленка совсем перепугалась – человек, можно сказать, хочет ее на большую дорогу вывести, а она никак