— Как знать, ведь мы ему конкретно могли вцепиться в глотку.
— Даже в лучшем случае мы бы сделались врагами для всего цивилизованного мира. Куда в таком случае девали бы триллионы.
— Купила бы себе планету и отбивалась от правительственного флота. Впрочем, пока русские не разбиты подлинного порядка в метагалактике не будет. Слишком много сил уходит на войну.
— А что если вам заключить мир. — Произнес Маговар.
— Мир! С Россией?
— А почему бы и нет. Они такие же люди, как и вы. Вместе вполне можете торговать и создавать совместные проекты. Может даже создать подобие конфедерации.
Роза задумалась.
— Слишком жестокие и коварные эти русские, чтобы с ними вести разговор о мире.
— А ты их знаешь?
— Я воевала с ними, не раз была ранена. Это ужасные парни.
— А я знал одного русского капитана, он очень честный и благородный, в частности он рассказывал об своей культуре Льве Толстом, Достоевском, Пушкине, Кашалотове. Я вот что тебе скажу русские очень чуткая и, пожалуй, ранимая нация, которой претит насилие.
— Ты бы это сказал тем изуверам, которые расправились с моим парнем. Когда он попал в плен, над ним так измывались и изуродовали, что он сошел с ума. И с тех пор я ненавижу все русское.
— Но ведь в России много национальностей есть даже негры, ты их тоже ненавидишь?
— Все кто служат в российской армии, мне враги. А что касается национальностей то да, ты прав, среди них много наций, но мы их привыкли всех оптом называть русскими. Хотя эта нация у них и стрежневая, но большинство не составляет.
— Вот видишь, все они, как и вы разные, разве когда их солдаты попадают к вам в плен, их не пытают?
— Только чтобы выведать секреты, а просто так нет.
— Положим, что маньяки и у вас встречаются, кроме того, у твоего парня также истязали не просто так, а выбивали правду.
Люциферо вспыхнула как лампочка, ее глаза сверкали.
— Правду говоришь. Искалечили хлопца, да вот знай, еще в древние времена существовала декларация о правах военнопленных и тогда такого беспредела не было. Пытки были запрещены, а солдат имел право назвать лишь свою часть, даже работы которые могли выполнять заключенные, регламентировались.
— Вот это странно по мере развития прогресса нравственность должна повышаться, а у вас наоборот произошла деградация.
