Естественно столкнувшись с такой альтернативой, практически все согласились принять
присягу. Причем он давали клятву верности, и на кресте признавая Вегу и Аплиту за святых предтеч. Несколько человек, в том числе барон Фоккер отказались принимать присягу. Возник шум, Вали Червонный грозно изрек.
— Еретиков ждет смерть! Кто не признает девушек мессию, должен быть жестоко наказан!
После чего их сразу повесили, причем барон оказался таким тяжелым, что веревка оборвалась. Повстанцы захохотали.
— Вот как боров отъелся на народном добре!
— Сатана не хочет принимать своего подсвинка!
— Когда в аду его сиятельство будут жарить черти, много вытечет жира.
— Да бочек сто!
— Нам бы блинов напечь.
-Из поросячьего сала, было бы вкусно!
Под шутки и уйлюканье его закололи копьями.
Остальные подходили чинно, вместе с ними был и священник местный епископ Ванниш. Он предпочел признать девушек за мессий, чем умирать от кинжала Вали Червонного.
Становясь на колени, они шептали клятву, вечной верности иначе их постигнет кара — Всевышнего Бога и будут ждать бесконечные муки в Аду. Многие при этом крестились и роняли слезы. Потом к присяге приводили освобожденных узников, большинство из них шаталось, а некоторых несли на носилках. Насколько жестокие были голод и пытки, применявшиеся к заключенным.
Когда, наконец, ритуал закончился, Вали обратил внимание на отсутствие одного из своих командиров.
— А где Алекс?
Аплита повернула к нему свое бледное несмотря на загар лицо.
— Я сама не знаю, сбилась с ног, разыскивая мальчишку.
— Тогда передайте срочный мой приказ, обшарить все закоулки, подвалы и потайные ходы, если есть и любой ценой найти мальчишку.
Тысячи повстанцев разом забегали, все были увлечены поиском пропавшего командира, особенно старались дети. Хлопцы и не многочисленные девочки готовы были перевернуть каждую песчинку.
— Дайте быстрее, кто найдет Алекса, получит сто монет. — Произнес Вали.
Поиск затянулся и лишь когда один из бывших военнопленных показал подпольный ход, повстанцы аккуратно пробираясь по нему обнаружили отважного мальчика.
Алекс был без сознания, однако еще не окоченел, что оставляло надежду на его возрождение.
Аплита осторожно вынула кинжал, брызнула алая кровь, а затем залепила рану пластырем.
— Что с ним? Произнесла Вега. — Это на вид очень опасная рана.
