— Как звать тебя! — Спросила Люциферо по-французски.
— Енхотон «Колючий еж». 0тветил тот.
— Кто тебя послал.
Тот ответил с гордостью.
— Индейцы не выдают тайн, можете лишить меня жизни, но ничего не добьетесь.
— Это мужественно, но глупо, ты готов умереть и ради чего?
— Ради чести! Мне не столько жизнь дорога, как достоинство. Индеец, погибший достойно попадет в места богатые дичью, а затем станет вождем племени и продолжит сражаться и в будущем царстве. Доблесть и подвиги не оставит без внимания Маниту.
— Я уважаю твою веру, но в данном случае это всего лишь иллюзии. Будешь говорить или испытаешь страшную боль?
— Не буду!
— Тогда получай!
Роза схватила индейца-киллера за яйца и сильно сдавила их. Енхотон завизжала и запрыгал, но получил сильный удар в плечо. С незадачливого убийцы стекал холодный пот. Он ревел.
— Ой, не надо! Отпусти дьявол!
— Вот как ты запел, а еще хвастался своим мужеством. Так кто тебя послал?
— Вирчусар — «хитрая гадюка».
— Ну об этом я и сама могла догадаться. Особенно глядя в его глаза. Так что мне делать с тобой.
— Убей, это избавит меня от мучений.
— Ты слишком много хочешь. Муки и пытки будут достойной наградой убийце. Так что не надейся.
— Но ведь вы так красивы, не может быть такая женщина настолько жестокой.
— Ты прав, я вовсе не жестокая, а справедливая. А высшая ценность нашей морали требует, чтобы ты заплатил сполна. Так что будешь мучиться.
— Я припомню это тебе.
— А каким образом, ведь с того света не возвращаются! — Роза ударила индейца по носу, было видно, как он сплющился и течет кровь. — Теперь Вирчусар не долго будет жить на свете, а тебя я свяжу по надежнее. Кроме того, не понятно где караул.
— Они спят и им подсыпали сонного зелья. — Произнес Енхотон.
— Не ты ли подсыпал, говори. — Роза вновь стала грубо выкручивать яйца. Позеленевший от боли Енхотон простонал:
— Нет не я! Клянусь!
— А кто?
— Индеец, вернее девушка Исезель — цветок. Она выполняла приказ Вирчусара.
— Понятно! Круговая порука, вы покрываете друг дружку. Но ничего я выдерну ваш сорняк. А ты ничего не хочешь добавить?
— Нет! Я все сказал.
— Так потерпи еще не много. — Роза вновь стала истязать многострадальное достоинство. — Говори, Вирчусара только на французов работает, или на самом деле ему платят и англичане?
