— Не сомневаюсь! — Отметила Олимпиада. — Она бросила взгляд на голограмму. Тут их прервал сигнал тревоги.
— Ну вот посмотрите юноши, не долго длился мирный период.
Действительно к их звездному флоту приближалась отливающая изумрудами стайка боевых звездолетов.
. ГЛАВА Љ 3
.Мкунна несмотря на то что он был агентом иезуитов, все же решили допросить с пристрастием. Особенно на этом настаивал супергерцог Марк де Садом.
— Эти жрецы больно много о себе мнят и продажны. Лучший способ их расколоть сильная боль.
Другой супергерцог Рама де Бок, одобрил:
— Только заодно еще допросим девушку рабыню. Это будет совсем интересно.
Агент иезуитов дрожал от страха. Его маленькие глазенки так и бегали. Губы шептали:
— Во имя всех богов. Да прибудет с вами благодать.
— Когда три звезды светят, не жизнь, а благодать. Но ты за все в ответе, мы будем истязать! — Сказал Марк де Садом.
Мкунна подхватили четверо крупных юношей-палачей, они сидели на специальной диете и были необычайно мускулисты. Прикрепив к колесу чуть-чуть прокрутили.
Один из них, самый крупный взял в руки дубину.
Марк прищурился, сдвинув брови:
— Так глупый говорю сбрось свою личину, прямо сука отвечай — знанья на духу. Ведь замыслила змея зло ужалить в спину, или сделаем с тебя жирную уху!
Супергерцог нарочно говорил рифмами. Ему казалось что так звучит намного страшнее и величественней.
Священник на стал поддерживать ритм и лишь пролепетал.
— Обратитесь в орден, я его агент.
— Знаем, но от пытки это не избавит. Для начала мы тебе сломаем руки, а затем и ноги.
Молодой палач сделал короткий размах и сокрушил десницу в локте. Давно подземелье не слышало такого крика.
— Ну как тебе я вижу приятно! — Глаза Марка де Садома, недобро загорелись.
Из-за боли монах не мог ничего произнести членораздельно. Впрочем информация супергерцогу была не нужна, он ее и так уже получил. Священник-монах поведал все что знает без пытки и это было записано.
— Продолжаем! Ломай следующую руку.
Палач врезал так что конечность согнулась дугой. Потекла кровь, судя по всему допрашиваемому было так больно, что откусил кончик языка. Было видно что священник доведен до невменяемого состояния.
Рама де Бок заметил:
— Ты жалкая пародия на человека, быстро сломался!
