Закончив массах принц Папион вышел. Он стал двигаться гораздо быстрее.
Разведчики донесли:
— Враг приближается!
Противник как предвиделось, начал обход Кримчатских холмов, войска повстанцев ждали в засаде Веховских сопок. Даже с учетом того что тридцать тысяч солдат противника выбыли из строя, герцог де Митт способен их удержать, все же с учетом подошедшего десятитысячного корпуса у правительства был сто тысяч солдат. Больше чем у повстанцев и лучше обученных.
Теперь все было важно рассчитать с точностью до секунды.
Противника ждали, особенно конницу что шла вместе с войскам, она двигалась впереди пехоты. Тем не менее не переходила в галоп. Как уяснил себе супергерцог Рама де Бок, ни в коем случае нельзя кавалерии слишком уж отрываться от пехоты. Правда в любом правиле существуют исключения, но не в данном случае как считал полководец.
Разведка забегала вперед, но ничего подозрительного не обнаружила. Казалось только что в лесу слишком много деревьев с выступившей смолой.
Марк де Садом и Рама де Бок переговаривались.
— Важно захватить как можно больше живой добычи. — Начал супергерцог Марк. — Для это полагаю необходимо ограничить применение мушкетов.
— А моральный эффект! Ты что его не учитываешь? — Спросил Рама.
— Тогда залп вверх. Повстанцы имеют, при чем каждый раб конкретную ценность. Особенно интересно будет помучить свого старого знакомого Алекса. Ожоги на его теле уже зажили.
— Подобная идея сама по себе неплохая. Но смотри супергерцог, не замучай его до смерти.
— Это почему!
— Король тоже очень любит мучить женщин и детей.
— Ну я это приму к сведению.
— Восстание началось с твоих владений, а значит его величество может и не простить глупых вывертов.
— Не надо меня пугать. Я помог королю Эпифауну шестому занять трон.
— Тем более властители не любят, когда об этом слишком уж навязчиво напоминают.
— Да я бы тоже не любил! А вообще хитрец этот Митт, немного по отстал, тылы прикрывает.
— Наоборот дурак. Мы лишим его доли добычи. Ведь повстанцы очень много награбили, те же золотые шахты.
— И мой дворец! — Супергерцог нахмурился. — Я этих девиц помещу в табакерку. Будет играть музыка, ломаться кости и литься расплавленное масло.
— Это вполне разумное решение. Но оставь кое-что и королю.
— Да не оголеет его величество.
