Честь и Родина. Трилогия

лицо, поцеловал девушку в янтарные губки. Они сошлись изгиб в изгиб, и слились в единое целое. Глаза Багиры провалились в бездну. Она испустила глубокий вздох и разом растаяла. Петр оторвал свои губы и неожиданно резко повернулся, прервав сладострастный момент.
Багира застонала, требуя продолжения. Российский капитан скептически свел брови. Ему не нравилось чрезмерное любопытство Веги. «Неужели, она совсем не испытывает ревности?». Обидно.
В Золотой Веге, что греха таить, присутствовала и кокетливость, и истеричность, и все положенные женщинам недостатки – пусть и в легкой форме. А ведь Петр считал, что они гармонично сочетаются в ней с благородством, умом, честью, любовью к Родине. Любой человек равным образом скроен из хорошего и дурного. Но бывают чудесные исключения, когда слабости развиты в той мере, чтобы привлекать, а не отталкивать. Краткую пору такой гармонии можно наблюдать у многих девушек, особенно в период становления характера. Потом они теряют ее, хотя есть счастливые исключения. А тут получалось, что его подруга такая юная, а уже извращенка. Да дело не только в этом. Интуиция и давно забытые навыки на телепатическом уровне подсказывали – все не так уж и просто.

– А ну-ка признавайся: на кого работаешь, мегера.
Багира дернулась, ее растерянный взгляд показал, что Петр попал в самую точку.
Она потянулась было к бластеру, но Вега ударила ее по руке с, выбив оружие.
– Ну, цыпочка, я сразу поняла кто ты. Видно, в спецслужбе тебя неплохо обучили стрельбе, а вот в драке ты слабовата.
– А вот это еще не факт! – Рявкнула Багира, и попыталась достать ее ногой.

– Я же говорила, что до уровня супердевочки ты не дотягиваешь. Говори быстрее на кого работаешь.
– Если вы такие проницательные, неужели сами до сих пор не догадались.
Петр скрестил руки и попытался сосредоточиться. Он вспомнил, что в детстве неплохо владел приемами телепатии. Его мысль вгрызалась в череп девицы.
– Она действительно агент и работает на северо-западную конфедерацию. Выиграв несколько миллиардов межгалактических долларов, а затем устранив разборку на дискотеке, мы засветились. Кстати, это двойной агент, она формально входит в спецслужбу системы Золотое Эльдорадо, а реально работает на конфедератов.
– Отпустите. – Простонала разоблаченная шпионка. – Я же вам ничего не говорила.
– И не скажешь. Давно следишь за нами?

– Поступил приказ усиленно следить за всеми перемещениями, осуществляемыми звездолетами в пограничных секторах. В последнее время боевые действия между конфедерацией и Россией резко активизировались, все агентурные сети поднялись на дыбы.
– Тогда понятно, но ты ведь не одна. Вас много и кто-то курирует тебя.
– И не пытайтесь меня расколоть. Я скорее умру, чем выдам резидента.
– А ты ведь не лесбиянка, ты притворялась ею, чтобы «закадрить» Вегу.
Петр уставился на Багиру, стараясь проникнуть поглубже в сознание. Ему это удалось лишь отчасти – то ли не хватало способностей, то ли информация о резиденте нарочно блокировалась.
Тем не менее, удалось нащупать силуэт резидента – это был генерал, и он служил в департаменте «Честь и Правда» (аналог СМЕРША и ЦРУ).
– Что нам с нею делать… Она совершенно не хочет сотрудничать, и готова умереть за своего генерала.
Петр демонстративно поднял лучемет. Багира вскрикнула, прикрыв лицо руками.
– Ты выдала себя девочка. Помнишь, твой генерал в департаменте «Честь и Правда», что он говорил тебе?
– Что?!
– То, что ты должна, в случае если наткнешься на вражеского лазутчика, не выдавать его властям, а войти в полное доверие к нему, до конца разыгрывая святую невинность.

– Инструктаж агентам, данный генералом… как его…
– Капуцина. – Рефлекторно ответила Багира и тут же прикусила язык.
– Так значит Капуцина, ты сдала нам своего резидента и теперь знаешь, что тебе за это будет.
– Знаю. – Шоколадная кожа Багиры побледнела. – Смерть.
– А ты хочешь жить? – Ласково спросила Вега.
– Да, хочу! – Шпионка оказалась неожиданно ранимой. – Мне, думаете, интересно умирать во цвете лет?
– Вот и отлично, – Петр протер взмокшие