— Монсеньер конечно мы победили, но господство на море по-прежнему у Англии. Они в ближайшее время перебросят из метрополии дополнительные подкрепления и тогда уже нам придется отступать. А если мы при этом откроем войну с индейцами.
— Так что предлагаешь?
— Хитрость! Только хитрость, может спасти нас.
— Точнее!
— Предложи этой самозваной графине союз с индейцами против англичан, а потом когда война в Европе, а значит на континенте окончиться, ударь в спину. Например подсыпь ей снотворного. Пленив красотку разберешься и с прочим индейским сбродом!
Маркиз де Монкальм пробурчал:
— Что же ты предлагаешь?
— Окончательно побей англичан, а затем и индейцев, будь мудрым!
— Я так и поступлю, а пока не плохо было найти даму которая согрела бы мне постель.
— Такая есть! Например любовница барона де Монка. Классная девица еще свежая и не затасканная.
— Так привели ее ко мне!
— Слушаюсь! — Сказал генерал.
Роза подошла к шатру. Стража преградила ей дорогу.
— Полковник Холмс с важным донесением к командующему.
Офицер заявил:
— Уже поздно маркиз не принимает.
— Скажите ему что связано с графиней де Лауфер.
— Что? Ну тогда другое дело! — Офицер побежал в комнату и тут же вернулся- Можете идти монсеньор.
— Вот так намного лучше! — Роза не спеша вошла в просторную комнату где располагался маркиз. Она была густо увешена коврами, походная кровать была позолоченной и просторной, рассчитанной как минимум на троих. Монкальм нахмурился:
— Какие у вас сведения на счет графини. Если вы будете нести вздор я велю вас выпороть!
— Самые прямые! — Роза распрямилась, сорвала усы и сбросила мундир.
— Графиня это вы! Так быстро! — Маркиз обомлел.
— А что я должна по вашему терять время на различные согласования. Все необходимо решать очень быстро. Кроме естественно любовной разрядки. — Роза выдавила самую обольстительную улыбку.
Маркиз ответил:
— Прошло не так уж и много времени, а я успел по тебе соскучиться Лауфер. Ты такая великолепная. И в любви и в драке.
— А в чем больше! — Спросила Роза сделав шаг на встречу маркизу.
— Возможно в том и другом. Хотя в любви…
Грудь великолепной девушки обнажилась, рубиновые соски так и сверкали, возбужденные груди набухли. Оторваться от них было невозможно. Взор словно прикован невидимой цепью, а руки сами тянуться чтобы схватить шоколадные шарики.
