Ожидали ли вы попасть в горнило самой страшной войны в истории человечества? Вот и Михаил Солнцев, студент-заочник технического вуза этого никак не ожидал. Получив удар электрическим током, Михаил очнулся в теле немецкого диверсанта из полка «Бранденбург» в июле сорок первого, который под видом командира Красной Армии, был внедрен в одну из многочисленных групп окруженцев под Смоленском. Первый же вопрос что делать, решился сам собой, ты командир, значит командуй, так что теперь … в бой?
Авторы: Поселягин Владимир Геннадьевич
И что когда весь экипаж выпрыгнул, немецкие летчики-истребители их расстреливали в воздухе. Лейтенанту повезло, что парашют он открыл с опозданием, почти у самой земли. Но немцы не оставили его без внимания. Результат, перелом ноги и сквозное ранение. Сам он с трудом смог перевязаться. Повезло ему еще в том, что его быстро нашли крестьяне и успели спрятать и перевязать.
— Боец справа от меня, похоже, умер,- сказал он.
Встав на колесо, заглянул в кузов. Прикрытый грязной шинелью боец смотрел в небо стеклянными глазами. Приложив руку к холодной шее, я с надеждой пытался уловить пульс. Его не было. Вздохнув, я провел рукой по лицу мертвого бойца, закрывая веки. Спрыгнув на землю, сказал лейтенанту:
— Хоронить его будем, когда приедем на базу. Со всеми воинскими почестями,- но лейтенанту, похоже было все равно, закатив глаза, он уронил голову на грудь. Приложив руку к шее, я услышал слабый пульс. Вздохнув свободней, крикнул медика из первой машины. Нам пришлось из-за малого количества мест взять одного военврача. Я объяснил, что раненый летчик потерял сознание, нужно посмотреть его. Занимавшийся, кем-то в кузове, медик оторвался от работы и, кивнув, продолжил.
Поправив ремень автомата на плече, я стал спускаться вслед за бойцами, державших оружие на изготовку. Оба водителя топали за мной, негромко переговариваясь. Идя рядом с глубокой колеей, я стал разглядывать трактор, увязший в воде поверх гусениц в середине огромной лужи. Подойдя ближе, увидел, что прошлые водители просто объехали лужу по краю, набив там даже новою колею. Разглядывая трактор, размышлял. Трактор наш, застрял, бросили, но не это привлекло мое внимание. Хмыкнув, громко сказал на русском:
— Можете выходить, мы свои, русские. Просто одеты в трофейную форму.
Бойцы, слушая мою речь, сразу же закрутили головой. У обоих на лице отразилась досада. Из-под трактора высунулась грязная голова в советской пилотке. Внимательно поглядев на нас, боец вылез весь. Даже сквозь грязь, стекающую по нему, было видно насколько он худ,
— Вы кто?- хрипло выдохнул неизвестный, держась за трактор. Я вдруг понял, что он от голода еле-еле на ногах стоит. И что в лужу он залез в надежде найти что-нибудь съедобное в тракторе.
— Капитан Михайлов. Боец, тебе нужна помощь?- спросил я. Неизвестный вдруг пошатнулся и стал падать лицом в лужу. Бойцы синхронно прыгнули в лужу и, разбрызгивая грязь, подбежали к упавшему. Подхватив его под мышки, потащили на берег.
— Архипов. Давай медика сюда. Живо,- крикнул я. Сорвавшийся с места водила рванул наверх. Мы вчетвером вынесли высушенное тело на сухое место. Парень был в сознании. Редкая бородка и осунувшееся лицо говорило о многом. Закашлявшись, он попросил:
— Есть, дайте поесть, пожалуйста,- сзади раздался топот двух человек. Обернувшись, я сказал подбежавшему военврачу,
— Похоже на дистрофию. Он крайне истощен,- военврач оттер меня в сторону. Открыв трофейную медицинскую сумку, он стал в ней ковыряться, потом, повернувшись, спросил:
— Вы его не кормили?- на мой отрицательный поворот головы, он улыбнулся и сказал:
— Молодцы. Вы ему, считай, жизнь спасли.
Обойдя врача, я подошел к незнакомцу с другой стороны:
— Ты меня понимаешь?- парень чуть слышно прошептал:
— Да.
— Ты один?- незнакомец отрицательно покачал головой.
— Сколько вас?
— Ээтро.
— Что?- незнакомец закашлялся:
— Семеро,- повторил он.
— Из лагеря сбежали?- незнакомец согласно опустил веки. Похоже, у него окончательно кончились силы. Я задал последний вопрос.
— Где они?- из последних сил незнакомец приподнял руку и указал:
— .. ам.
— Я понял боец, мы их найдем. Ты слышишь меня? Мы их найдем,- но меня оттолкнул в сторону медик. Оставив с ним обоих шоферов, мы с остальными бойцами, направились, куда указал незнакомый боец.
Нашли мы их быстро. Похоже, что как бежали, так и упали. Двое были в сознание. Увидев трех немцев, оба пытались бежать. Но силы покинули их, лежа они с ненавистью смотрели на нас и молчали. Я поднял руки и повернув ладони в их сторону, спокойно размеренно сказал,
— Успокойтесь. Мы свои. Советские. Просто одеты в трофейную форму. Все. Спокойно. Успокойтесь,- я заговаривал их, чтобы они не наделали глупостей. На которые они были способны в отчаянной ситуации. Убедившись, что оба успокоились, я велел бойцам не трогать их, не кормить, особенно не кормить. Спокойно подойдя к тяжело дышащему бойцу. По виду похожего на командира. И присев, на корточки спокойно глядя ему в глаза, спросил,
— Говорить можешь?
— Д-да,- откашлявшись, повторил,
— Да, могу,
— Хорошо. Рассказывайте,
Возвращаясь к машинам,
