Ожидали ли вы попасть в горнило самой страшной войны в истории человечества? Вот и Михаил Солнцев, студент-заочник технического вуза этого никак не ожидал. Получив удар электрическим током, Михаил очнулся в теле немецкого диверсанта из полка «Бранденбург» в июле сорок первого, который под видом командира Красной Армии, был внедрен в одну из многочисленных групп окруженцев под Смоленском. Первый же вопрос что делать, решился сам собой, ты командир, значит командуй, так что теперь … в бой?
Авторы: Поселягин Владимир Геннадьевич
в котором уже хозяйничали бойцы Волдухина, собирающих в кучу оружие и форму немцев, один из бойцов уже встал за пулемет и грозно поводил дулом туда-сюда. Осмотр машины, кроме офицерской формы, дал мне в руки новенький Вальтер в желтой кобуре, два планшета с подробными картами и портфель, закрытый на замок и опечатанный сургучом с оттиском виде свастики. Услышав шуршание травы сзади, я сказал, повернувшись к подходящему в сопровождении бойца, генералу:
— Можете одеться, только вот оружие уберу, чтобы у вас не было искушения стрелять в нас.
Мрачно посмотрев на меня, генерал, бросив молниеносный взгляд на портфель, лежащий на капоте вместе с оружием и планшетами, чуть помедлив, стал одеваться. Отдав ему ремень с пустой кобурой, для того чтобы с виду казалось что с ним все нормально, и повернувшись к бойцу, я сказал:
— Боец, адъютанта, тоже сюда. А, остальные мне не нужны.
— А что с ними делать, товарищ капитан? Выстрелы же могут немцы на дороге услышать.
— Штыками боец, что мне вас всему учить что ли? Выполнять приказ.
Генерал отвернулся от бойни, развернувшейся в этом несколько минут назад прекрасном месте. Я внимательно наблюдал, за уничтожением купальщиков, практически никто не захотел выйти, и как только первый из немцев, стоящий близко к берегу получил штыком в грудь, остальные бросились в глубину, стараясь побыстрее, доплыть до другого берега. Поняв, что несколько немцев могут уйти Волдухин, махнул рукой пулеметчику в бронетранспортере. Несколько прицельных коротких очередей, закончили с этой драмой, и крики умирающих немецких солдат стихли.
— Грязновато как-то поработали! Что скажешь, сержант?
— Да как-то не привычно товарищ капитан, расстреливать безоружных немцев.
— Сержант, ты помнится рассказывал мне как видел несколько пленных колонн которых вели немцы. Напомни как конвоиры расправлялись с нашими отставшими бойцами?
Это сразу вернуло привычный блеск глаз сержанту, и он расправив плечи, спросил:
— Хороший пленный, этот генерал?
— Пока еще не знаю, не допрашивал. Валить надо отсюда.
— Что делать?
— Уезжать. И побыстрее. Я одену форму адъютанта, самого его закроем в багажнике, и в трофейной форме, поедим в наглую по дороге.
— Товарищ капитан, смотрите, что я нашел!- окликнул меня старшина, показывая походный кожаный чемоданчик с богатым выбором бритвенных принадлежностей. Проведя рукой по колющейся щеке, я посчитал, что нашли мы его вовремя, да и обросшие давно не бритые бойцы, поддержали меня одобрительными возгласами.
Перед дорогой расстановку в машине я немного переиграл, пока бойцы переодевались, сержант аккуратно брился, вытирая опасную бритву о висящее на плече полотенце. Я решил одеть его в форму унтер-офицера и посадить старшим в бронетранспортер, а одного из его бойцов одеть в форму офицера, а Гаврилова в форму адъютанта, он сейчас как раз стоял на очереди бриться. Я же еду в форме советского капитана, со связанными руками, на случай если попадемся на глаза нашим окруженцам, это может дать хоть какой-то шанс, выйти с минимальными потерями.
Взяв помазок, уже привычно намылил не свое лицо, и глядя на него гадал. Вот вроде совершенно русское, с располагающими к себе серыми глазами и приятными чертами, а принадлежит противнику, врагу.
Через полчаса, полевой Мерседес генерала, управляемый старшиной выезжал на дорогу, по которой непрерывно шли наступающие немецкие войска. Сжатый с обоих сторон бойцами одетых в офицерскую форму, сидя на заднем сиденье, осмотрелся, после чего сказал старшине:
— Сурков, ты с генералом, будь по наглее.
Старшина, непрерывно сигналя в наглую, вклинился между движущихся машин, и поехал следом, не оборачиваясь, я спросил у бойца слева:
— Наши не отстали?
— Нормально, товарищ капитан, едут!- ответил боец после того как оглянулся.
Генерал, сидевший впереди, обернулся и сказал с недовольством:
— Наши генералы так не ездят! Вы позорите мою честь!
— Ваша честь генерал? Да какая может быть честь, у грабителей и насильников? Нету ее у вас, с тех пор как вы пришли на нашу землю!!!
В это время мы выехали на небольшую речку с перекинутым через нее мостом, с крепким деревянным мостом. Медленно по очереди, мы въезжали на мост, я мрачно наблюдал, как немецкая похоронная команда носит тела в защитных гимнастерках, похоже, что бой за мост только недавно прекратился. В это время наша машина съехала с моста, покачиваясь на недавно засыпанных воронках, покатилась дальше.
— Старшина ищи какую-нибудь второстепенную дорогу. Пора прощаться с этой гостеприимной колонной.
— Понял товарищ капитан.
— Капитан, что вы собираетесь с нами
